Ладе мешает спать даже еле-еле слышный шорох, ей необходима полнейшая тишина и темнота, а в тот день она отрубилась в комнате, где гремела музыка.
– Может, смертельно устала? – предположил я.
– Я думаю, – склонил набок голову Федор, – Ладе подсыпали снотворное.
– Но с какой целью? – удивился я.
Федор засмеялся.
– Отличный вопрос для сотрудника детективного агентства! Вы всерьез его задали? Чтобы Лада заснула!
Нора откинулась на спинку кресла.
– Иван Павлович хотел выяснить цель одурманивания Лады.
Федор опять принялся ломать пальцы.
– Думаю, для того, чтобы менты поняли: она виновата, спросонья человек реагирует на все не слишком адекватно, он может начать задавать глупые вопросы, не сразу въезжает в ситуацию.
– Или для того, чтобы жена не помешала мужу падать с лестницы, – задумчиво протянула Нора, – не стала свидетельницей того, как его толкнули!
– Вы беретесь за расследование? – обрадовался посетитель.
Элеонора протянула клиенту лист бумаги и ручку.
– Давайте оформим наши отношения. Это стандартный договор.
После того как Федор, выполнив просьбу, ушел, Элеонора включила компьютер, пощелкала мышкой, вытащила из принтера листок бумаги и велела:
– Читай.
– Что это? – поинтересовался я.
– Письмо от Вари Гладилиной, бабки Левушки, пришло по «мылу». Интересное кино!
Я начал изучать текст."
"«Дорогая Нора, уж извини, но пришлось обратиться к тебе с просьбой о приюте Левушки. Огромное спасибо, что не отказала и согласилась пригреть на некоторое время внука. Я испытываю муки совести, взвалила на твои плечи нелегкую заботу, не объяснив, по какой причине отправляю мальчика из Горска в Москву.
Думала, ты сразу, получив первое послание, задашь вопрос: „Варя, за каким чертом молодой человек припрется к нам? В Горске у вас хорошая квартира, а с продуктами сейчас везде порядок!“ Но ты быстро ответила: „Сообщи номер поезда, встретим“, и от этого я ощутила себя мышью, сидящей на кактусе. Почему я не взяла Левушку в Барселону? По какой причине он вообще не живет с Мариной? Сейчас отвечу на все вопросы.
Лева в свое время уехал с матерью, мой зять Энрике – человек интеллигентный, отнесся к сыну жены от первого брака с любовью и предложил ему осесть в Барселоне. У Энрике имеется бизнес, Лев мог участвовать в деле. Я очень обрадовалась, думала, мальчик возьмется за ум, забудет дурацкие детские шалости, посерьезнеет. Но через два месяца Энрике позвонил и заявил: „Более никогда не желаю видеть это чертово отродье“, и мой любимый внук вернулся назад.
