– Жду! И не забудь приложить приглашение на презентацию новой повестушки!
Я закивал, Николетта посерела, а Люка вдруг замахала руками и заорала:
– Катя, Катя, сюда!
От стола, где теснились блюда с канапе, к нам направилась стройная блондинка в вызывающе обтягивающем красном платье.
– Люка, – воскликнула она, – милая!
Чмок-чмок-чмок.
– С кем ты пришла? – кокетливо глянула на меня Катя.
Лицо блондинки показалось мне знакомым, я определенно видел ее раньше.
– С Марком, – ответила Люка, – он там! Иду, дорогой!
Помахав ручкой, маменькина подружка испарилась, Николетта тоже куда-то делась, мы с блондинкой временно остались вдвоем.
Я решил завести непринужденную беседу.
– Разрешите представиться, Иван Павлович.
Катя хмыкнула, но промолчала.
– Великолепный вечер, – продолжал я, – вы знакомы с Зузу и Зизи?
– Нет, – ответила блондинка.
– Я тоже!
Катя дернула плечом и нервно обернулась.
– Вам очень идет красный цвет, – продолжил я светские любезности, – редкая дама может позволить себе пурпурное одеяние, только такая, как вы, с безупречной фигурой и…
– Прекрати, – оборвала Катя, – и лучше уходи скорей.
Я уставился на блондинку.
– Извините?
– Хватит ломать комедию, – велела Катерина, – я отлично поняла, что ради меня ты готов на все! Но уже говорила – я замужем, ничего не получится. Вон там, у камина, стоит Роман!
И тут меня осенило! Ну конечно же! Я видел эту Барби в автосалоне, когда вел переговоры о покупке новой машины, подвез потом мадемуазель из чистой вежливости, а она невесть по какой причине приняла элементарную воспитанность за влюбленность.
– Уж не знаю, как ты выбил приглашение на тусню, – понизив голос, щебетала Катя, – но зря стараешься. Подкупил моего парикмахера, и он сообщил тебе, что я иду на свадьбу, ведь так?
Я глубоко вздохнул. Милые дамы сегодня в массовом порядке лишились рассудка. Сначала Николетта с Сашей, сушками и голубым свитером, теперь Катя с твердой уверенностью в моей влюбленности. Надо немедленно расставить точки над «i», но аккуратно.
Заявить даме в лицо: «Вы ошибаетесь, я не испытываю к вам ни малейших чувств!» – показалось мне грубым.
– Видите ли, дорогая, – завел я.
– Нет! Не признавайся в любви! – топнула ногой Катя.
– Я хотел лишь…
– Не стану слушать!
– Могу…
– О! О! О! Не вздумай выбрасываться из окна!
– Я…
– Страдаешь молча?
– Ну…
– Мне тебя жаль, но я уже замужем!
– Вот и прекрасно, – ляпнул я.
– На что ты намекаешь? – вспыхнула Катя.
