Имре Надь восстановлен в партии, введен в Центральное руководство и назначен премьер-министром. Сейчас он выступит с заявлением.
– Но выстрелы не стихли?!
– Подождем, что скажет новый премьер.
Антал подошел к окну и прислушался к нарастающему гулу. В это время раздался телефонный звонок. Он подбежал к аппарату, взял трубку, поздоровался на русском языке и пригласил к разговору Верку. Звонил Сергей Владимирович, который сообщил, что в город вошли наши воинские части, пока они не встретили особенного сопротивления, но положение резко осложнилось, в связи с чем, попросил принять его у себя дома для неотложного разговора.
Верка обрадовалась весточке, словно она пришла из дому, но, понимая, что это для Антала печальная новость, сказала сдержанным голосом:
– Теперь, дорогой мой, я переведу тебе на эсперанто важное сообщение: в Будапешт вошли советские войска!
– Этого следовало ожидать. Кстати, только что Имре Надь объявил по радио о введении в стране чрезвычайного положения, – ответил взволнованным голосом Антал.
Тем временем гул, доносившийся со стороны Западного вокзала, смешался с орудийными выстрелами, взрывами и стуком пулеметов. Там явно шел настоящий бой. Судя по канонаде, бои шли и в других местах города, так что информация Сергея Владимировича об отсутствии сопротивления нашим войскам явно устарела.
– Вера, на твоей вилле имеется хороший подвал, так что, если бой докатится сюда, спустимся в эту цитадель! – обнадежил ее Антал.
Почти в ответ воздух сотрясли мощные взрывы, задребезжали стекла, и по сердцу побежала дрожь. Через некоторое время послышались сирены пожарных машин, помчавшихся куда-то на север.
– Похоже, началась война, так что подвал нам действительно пригодится, – продолжила свою незаконченную фразу Верка.
– Похоже, наше правительство сделало то, о чем предупреждал Владимир: оно сейчас объясняет по радио населению, почему руководство страны обратилось с просьбой к СССР о вводе в Будапешт воинских соединений, находящиеся на территории Венгрии в соответствии с Варшавским договором.
