У того, что находился на мостовой, из люка вырывалось желтое пламя, которое тут же превращалось в черный дым, и он вихрем метался между домами. Другой танк почти упирался в подъезд, его приплюснутая башня была сдвинута, словно шапка, «набекрень», а низко склонившееся к земле орудие походило на огромную сломанную папиросу, отчего стальная громадина напоминала пьяного мужчину, которого не пустили в дом… Над всем этим полыхали здания. Горели в основном верхние этажи и балконы, и лишь у дома напротив огонь бушевал в нижних окнах.
Вдруг Верка услышала тревожный голос Сергея Владимировича:
– Это наши танки «Т-54»! Час назад их здесь не было.
– Как не было? – настороженно спросила она.
– И нижний этаж не горел – там находились, то есть отстреливались наши!
– А раненые, где лежали раненые? – снова спросила она.
– Внизу, в подвале. Скорее туда! – скомандовал шеф.
Преодолев открытое пространство, все спрятались в подъезде горящего дома.
– Нам надо сначала проникнуть на первый этаж, может, там еще кто-то прячется, – сказал Сергей Владимирович.
Антал подошел к двери, ведущей в общий коридор, и ударил по ней ногой – та провалилась, и в тот же миг из помещения с ревом вырвалось красное пламя. Он отскочил к противоположной двери и оказался отрезанным бушующим огнем от своих спутников. Верка бросилась на помощь своему любимому – ее обдало пламенем, от которого по кончикам ее пышных кудрей пробежали зеленые язычки, она непроизвольно отпрянула и прыгнула вниз.
Металлическая дверь в него была закрыта, вместо замка из петли торчал кусок проволоки, поэтому отворить ее не составило труда. Несколько секунд спустя тройка оказалась внутри подвала. Огонь, бушевавший на первом этаже, уже прожег подвальное перекрытие в нескольких местах, оттуда падали горящие головешки и пламя озаряло помещение.
