Даже Суэцкий кризис не помешает нашему руководству принять такое решение, хотя на тактические ходы он непременно окажет влияние. Я понимаю, что предел «терпения» касается лично каждого из нас, находящегося в Венгрии, но в большой политике такие моменты учесть практически невозможно. Так что будем надеяться на лучшее.
– Вы мне советуете уехать домой? – снова спросила она, надеясь получить более конкретный ответ.
– Ситуация сейчас складывается не в нашу пользу. По крайней мере, вы должны быть готовы укрыться в стенах нашего посольства.
– Что стало с захваченными в ту ночь водителями?
– Они честно выполнили свою миссию по доставке в госпитали раненых и целыми и невредимыми возвратились домой.
– Могу я вас попросить об одном одолжении?
– Принесите, пожалуйста, из школы игрушку для девочки Насти Поповой!
– У вас, надеюсь, будет возможность сделать это самой. Мне пора!
Последняя фраза чрезвычайно обрадовала Верку, и она почувствовала необузданный прилив душевных сил.
Едва ушел Сергей Владимирович, как Анталу позвонили.
– Вера, ты не возражаешь, если к нам сегодня придет мой давний друг и единомышленник? – спросил он.
– Конечно, нет! Как его зовут?
– Я его помню. Он хорошо говорит по-русски, потому что закончил Московскую сельскохозяйственную академию.
– Да, я знакомил тебя с ним в генеральной дирекции.
– Он руководит большим хозяйством.
Рудольф пришел с красной розой и плоской бутылью коньяка. Он извинился перед Верой Павловной за беспокойство в столь поздний час, объяснив это тем, что Антала невозможно найти на улице Восьмого Марта, по адресу его места жительства.
– А как ты узнал этот телефон? – спросил с задорной улыбкой Антал.
– Шерше ля фам! – ответил Рудольф, при этом хитро подмигнул Верке и добавил: – Мадам, между прочим, собирается вам позвонить в ближайшие дни.
– Я знаю ее: это госпожа Ковач! – вступила в игру Верка.
– Так точно, Вера Павловна, вы очень хорошо прочувствовали характер Зузы.
– Она мне понравилась с первого взгляда.
Вскоре Верка возвратилась с закуской. Друзья грустно молчали, и она поняла, что тон игривого настроения неуместен. Рудольф поднял голову и обратился к ней:
– Вера Павловна, я сегодня был у горкома партии, два часа спустя после его штурма повстанцами. Мы с Анталом хорошо знали первого секретаря горкома Имре Мезё. Это был замечательный венгр.
