Верховная Ведьма

 — Учитель сочувственно положил руку на мое плечо. — На сей раз это действительно только его битва. Все, чем мы сумеем ему помочь, — не дать Хранителю и наемникам Кростена вмешаться в поединок… а они не дадут такой возможности нам.

Я сердито вывернулась, возразив:

— Это еще посмотрим, кто ничего не сможет поделать!

— Давай-ка на минутку отойдем в сторону, — решительно сказал Лён и, схватив меня под локоть, утянул к борту, подальше от обеих компаний. — Вольха, возьми себя в руки. Все идет по плану.

Мне куда больше хотелось взять в руки его, причем за шею, и хорошенько потрясти.

— Я с самого начала собирался бросить ему вызов. Правда, на своих условиях, но тут уж, как у вас, людей, говорится, «не все вампиру девственница». Глупо раз за разом обрывать ядовитые побеги, оставляя под землей порождающий их корень. Поэтому я отправлялся в погоню не за колдуном, а за его хозяином, чтобы вызвать его на поединок, от которого он не смог бы отказаться, каким бы трусом и мерзавцем ни был.

— У нас это называют Lesset gh'woord shaell.

 — Лён на пару мгновений задумался, подбирая подходящее выражение на всеобщем. — «Священный клинок небес». Старинный обычай Повелителей, когда посчитавший себя оскорбленным вампир вызывает своего обидчика на поединок, результат которого не оспаривается и не служит поводом для кровной мести.

— Ты хочешь сказать, — вообще-то я поняла это сразу, но уточнить осмелилась только сейчас, — на смертельный поединок?

— Не обязательно. В правилах это не оговаривается.

Можно и пощадить. Можно и проучить, чтобы впредь осмотрительнее выбирал себе врагов. — Лён нарочито безмятежно пожал плечами, и я поняла, что об этих двух вариантах можно забыть. — Но в любом случае тот, кто откажется или проиграет, признается безоговорочно виновным — в преступлении или поклепе. Поэтому отказаться от него невозможно, как и нарушить его правила. Бойцам запрещено использовать любое оружие, кроме гвордов, а их друзьям — переступать черту до окончания поединка. Колдовать тоже, — поспешно добавил вампир, то ли прочитав мои мысли, то ли просто заметив нехороший блеск глаз.

— Если бы ты раньше мне это рассказал, я бы не позволила тебе выехать даже из Догевы, не говоря уж о Леске!

— Вот потому и не сказал, — невесело улыбнулся Лён. — Вольха, если ты вмешаешься, я проиграю. Прошу тебя, не делай этого, иначе все, что мы уже сделали и преодолели, будет напрасным.

Я, насупившись, промолчала, но он не стал настаивать.