Верни мне себя

Хочу припарковаться и убедиться, что ошибаюсь. Но не успеваю заглушить мотор, как вижу, что в машину скорой помощи заталкивают каталку с лежащей на ней рыжеволосой девушкой.

Вылетаю на улицу, оставив автомобиль посреди проезжей части. Дождь хлещет по лицу, но я в агонии несусь к месту происшествия. Сердце колотится так, будто вот-вот вырвется из груди, а в голове хаотично проносятся устрашающие мысли.

«Это ошибка. Мне показалось. Яна в аэропорту», – кричит внутренний голос.

Но реальность безжалостно опровергает его.

Подбежав ближе, я вижу, как медики суетятся над девушкой. Её лицо бледное. Мокрые рыжие волосы от дождя и крови прилипли к лбу. Она лежит неподвижно с закрытыми глазами, и это пугает меня больше всего.

– Мистер, вам сюда нельзя! – пытается остановить меня один из полицейских.

– Я знаю её! Что произошло? Она жива? – чужим голосом вырываются рваные фразы.

Меня пугают собственные слова. Я слежу внимательно за реакцией служащего, но его лицо серьёзное и сосредоточенное, не отвечающее ни на один мой вопрос.

– Кем она вам приходится? – уточняет он, сохраняя спокойствие.

– Мы в отношениях, – произношу на автомате, лихорадочно осматриваясь вокруг и пытаясь оценить масштаб аварии.

Машина искорёжена, повсюду разбросаны осколки стекла и металлические обломки. Запах бензина и горелой резины забирается в ноздри и заставляет поморщиться. В свете фар видны следы крови на асфальте, и это зрелище вызывает у меня ужас.

– Что произошло? – переспрашиваю уже громче.

– Сломался светофор.

Из-за неблагоприятных погодных условий видимость была нулевой. Водитель такси выехал на перекрёсток в тот момент, когда с противоположной стороны на высокой скорости двигалась иномарка. Оба водителя не справились с управлением. Все участники аварии пока живы, однако получили серьёзные травмы. Медики делают всё возможное, чтобы спасти пострадавших.

Он говорит что-то ещё, но я перестаю его слышать. Мой взгляд падает в противоположную сторону от такси, и мне становится трудно дышать, когда я вижу перевернутую чёрную машину с разбитыми стёклами и со знакомыми номерами.

– Кто был в том автомобиле? – произношу с трудом и перевожу взгляд обратно на мужчину.

Страх захлёстывает меня с головой.

– Двое: водитель и пассажир. Пострадали сильнее, чем те, кто были в такси. Оба в критическом состоянии.

Земля уходит из-под ног. Я пытаюсь за что-то ухватиться, чтобы не рухнуть. В голове барабанят слова «критическое состояние», и они разрывают меня изнутри.