Верни мне себя

Подхожу к компании, словно намеренно отвлекая их внимание от сцены с детьми. Встаю рядом с Яной и обнимаю её за талию. Чуть крепче, чем обычно. Она удивлённо смотрит на меня, но тут же улыбается.

– Ты ведь помнишь, что мать Амели – Яна? – слегка приподнимаю бровь и бросаю взгляд на Ираклия. – Уверен, что хочешь такой тяжёлой участи для своего сына?

– Что мне до Яны? Я с тобой породниться хочу, – с ухмылкой отвечает он.

Моё почтение и уважение этому мужчине. Только с появлением Яны я понял, как много силы, воли и любви в Дадиани, раз он сумел отпустить и принять прошлое с достоинством.

– Всё готово, можете идти к торту, – раздаётся голос Авроры, которая подходит к нам.

Её округлившийся живот отчётливо виден под светлым платьем. И она выглядит очень взволнованной, так как весь сегодняшний праздник организовала она. Но я не вижу причин для беспокойства: все вокруг довольные и счастливые, а значит всё удалось.

– Отлично. Спасибо тебе, моя дорогая, – с теплотой благодарит Яна, подойдя к подруге и обняв её.

Я тоже благодарю Аврору, после чего перевожу взгляд на свою маленькую артистку, которая всё ещё кружится рядом с Адрианом. Она полностью поглощена своим танцем, время от времени бросая взгляды на мальчика, словно проверяя, смотрит ли он. Адриан же её не разочаровывает: хлопает в ладоши и старается не отставать.

Подхожу к ней и опускаюсь на корточки.

– Амели, пойдём задувать свечку? – зову её, протянув руки к ней.

Заметив меня, принцесса тут же останавливается.

– Па-па! – по слогам произносит она и с восторгом бежит ко мне в объятия.

Я ловлю её, встаю на ноги и, крепко прижав к себе, выдыхаю. Прекрасно. Пока она выбирает меня, я могу спать спокойно.

Яна подходит ближе и берёт меня под руку.

– Через лет четырнадцать она уже не прибежит к тебе так радостно, – словно считав все мои мысли, с усмешкой подтрунивает она.

Мы вместе направляемся к украшенному баннеру, у которого стоит торт.

– Четырнадцать? – оборачиваюсь к ней и смотрю с удивлением.

– Кажется, я влюбилась в первый раз в этом возрасте.

– Я её запру в доме, – заявляю с серьёзным видом.

– Разве это проблема, когда в доме есть окна? – не унимается бестия и заливается смехом.

– Хорошо, что напомнила. Придётся установить решётки.

– О, боже, ты параноик!

– Ты уже и так старый, Янис, – старается сказать это серьёзно, но я вижу, как уголки её губ начинают дрожать от сдерживаемой истерики.