Верни мне себя

Стараюсь сохранить внешнее спокойствие, хотя внутри всё пылает.

– Не боишься последствий? – иронизирую я. – Вдруг я без памяти в тебя влюблюсь и буду круглый год тебя терроризировать?

Он начинает смеяться, делая шаг ко мне.

– И где то, что должно меня напугать? – хитро ухмыляется, бросив на меня обезоруживающий взгляд. – Перспектива твоей влюблённости скорее интригует, чем пугает.

Я стараюсь собрать в кучу рассыпавшиеся мысли и вновь принимаюсь разглядывать красоту вокруг себя.

– Если серьёзно… – говорю тихо. – Спасибо тебе за такое роскошное утро.

Возвращаю свой взгляд на него.

– Всегда пожалуйста, – мягко улыбается. – Как смотришь на то, чтобы присоединиться ко мне? – приглашает, указывая рукой в сторону.

Я следую за его жестом и смотрю на кухонную зону, отделённую от гостиной стеклянными дверьми.

– Вчера ты сказала, что обожаешь жаренные сосиски, – напоминает мне.

Я вспоминаю наш разговор за ужином, где я с энтузиазмом рассказывала ему, как люблю не только жаренные сосиски, но и пельмени, макароны.

– А ты пошутил, что умеешь их отменно жарить, – смеюсь я.

– А я не шутил, – опровергает мои слова. – И решил тебе приготовить мой любимый английский завтрак. Сытный, как ты и любишь.

– Янис, ну всё, после таких слов я окончательно в тебя влюбилась, – говорю я весело, поднося руку к левой груди. Делаю вид, что вырываю своё сердце, и с театральной серьёзностью протягиваю его мужчине. – На, забирай его.

Не растерявшись, он подхватывает мою импровизацию и «принимает» невидимый орган.

– Имей в виду, жарить его не нужно, – смеюсь я, представляя, как он пытается его приготовить.

– А я уже начал подбирать соусы.

Мы смеёмся и вместе направляемся на кухню. Войдя туда, я замечаю аккуратно разложенные на столешнице продукты: свежие яйца, ломтики бекона, сосиски, грибы, томаты и хлеб для тостов. В воздухе кружится аппетитный аромат свежемолотого кофе. Блаженство.

– А если серьёзно, тебе нужно иметь в виду, что всё, чем я могу помочь, – это стоять и не мешать тебе, – признаюсь я.

– Меня устраивает, – улыбается и подходит ближе.

Тыльной стороной ладони нежно касается моей щеки, заставляя затаить дыхание. Его рука медленно скользит вниз по шее к ключице, оставляя за собой огненную дорожку. Пальцы осторожно цепляют край моего халата, и с лёгкостью роняют одну часть, обнажая плечо. Холодный воздух от кондиционера касается оголённой кожи, но внутри меня разгорается пожар.