Вернуть Боярство 23

— Сделай последнее одолжение — давай переместимся в сторону от места их погребения?

— Хорошо, — согласился боевой маг.

Две фигуры, окутанные сиянием — осман алым светом, русский же своими семью Молниями…

Сквозь ночной мрак, через бушующий громом и молнией штормовой фронт, омытый дождём и огнём, в сторону руин одного из ещё недавно ключевых османских лагерей летела одинокая человеческая фигурка.

Широкополая шляпа с чуть опущенными краями, украшенная огромным, ярким пером неизвестной тропической птицы, распахнутом плаще на голый торс и чертополоховых штанах да чёрных сапогах.

На поясе два пистолета, пара коротких абордажных сабель, за спиной — длинный резной чёрный посох и два жезла. Жёлтые, нечеловеческие глаза, сияющие самым настоящим, не иносказательным внутренним светом, холодно и строго глядят вперёд, наблюдая за выбранной целью.

Он спокойно глядел на разгром сил своего временного союзника — ему было абсолютно наплевать на жертвы среди османских солдат, более того, он считал, что чем больше турецких воинов и тем более высших магов погибнет, тем лучше для него и его державы.

Когда прибывший в свой разгромленный лагерь шехзаде заговорил с умирающим, чародей скривился. Он рассчитывал на то, что схватка начнётся немедленно, но вместо этого происходила какая-то непонятная муть.

Великий Маг глядел, как осман хоронит магов и читает свою молитву, пока гвардейцы Николаева-Шуйского уходят в порталы, и начал неспешно, без суеты готовить свой удар. Когда османский шехзаде и русский аристократ взмыли в воздух, окутанные сиянием своих Воплощений Магии, чародей довольно улыбнулся.

Чары были готовы и в них сейчас был целый океан мощи — неспешно, с толком подготовленное сильнейшее площадное заклятие из арсенала Личной Магии волшебника было накачано маной так, что ему даже приходилось постоянно подпитывать его эфиром, дабы не дать скрепам, удерживающим море маны в нужной форме, развалиться, рассеяться под давлением этой мощи.

Там, в небесах, развернулись две Территории Магии, слитые с Воплощениями обоих Великих Магов.

Русский чародей был определённо сильнее своего османского визави — трое Сверхчар против двух, да ещё и качество Воплощения было выше, чем у противника… Да и вообще выше любого другого Воплощения, которое только видел стоящий в стороне маг. Вот только это не значило, что осман однозначно обречён — разрыв в силах не был непреодолим, и всё зависело от мастерства сражающихся. У русского боевого мага было преимущество — не менее, но и не более того.