Верные враги

Умаявшись, он разогнулся, с шумным выдохом утер взмокший лоб и окинул собрание злобным взглядом:

— Да, может, и нема его там… по пьяни сронил треух в полынью, а бабы уж и крик подняли — ай-яй-яй, утоп!

— А где же он тогда? — резонно возразила заплаканная тетка в неровно застегнутой свитке. — С обеда во двор не заглядывал!

— Ну, до сумерек мы его, положим, видели, — несколько заплетающимся языком возразил тощий и длинный, как тот багор, парень, чья собственная жена на всякий случай покрепче держала его под локоток.

 — Даже проводить предлагали, да он отказался…

В свидетеля вперились два категорически расходящихся во мнении женских взгляда: «Что ж ты не проводил, пьянь эдакая, а еще лучшим другом прозывался!» и «Хвала богам, что отказался, а то плавали бы туточки две шапки рядышком!»

Мужик с багром, видя, что односельчане настойчиво жаждут зрелищ, шумно высморкался и снова ткнул багром в черное водяное окошко. И тут же что-то подцепил.

— Ага!!! — дружно выдохнула толпа, подтягиваясь поближе.

Я, в отличие от селян, сильно сомневалась, что лицезрение утопленника благотворно скажется на моем самочувствии.

И, повернувшись к колдуну, хотела отпустить какую-нибудь колкость по этому поводу, но, к моему удивлению, Верес тоже наблюдал за сценкой на льду. С эдаким вдумчивым интересом, не имевшим ничего общего с хищным азартом селян. Потом перевел глаза на белую пустошь, сам будто что-то поискал, нашел и нетерпеливо взмахнул рукой:

— Конские следы, — после короткой заминки ответила я. Уфф, напугал, я уж думала — снова трехпалые или вурдачачьи! — А в чем дело?

— Не замечаешь в них ничего необычного?

Я присмотрелась внимательнее.

Полукружья неподкованных копыт двумя переплетающимися цепочками петляли по лугу, как будто молодые необъезженные кони удрали из загона и вовсю порезвились на воле, гоняясь друг за дружкой и в шутку меряясь силой.

Вот только весили они от силы полпуда, иначе проваливались бы в снег по бабки, а не бодро скакали по насту, едва вминая его копытами, как твердую землю.

— Бьюсь об заклад, где-то поблизости есть проточное озеро, — продолжал невероятно довольный чем-то Верес.

— Есть, — удивленно подтвердила я, припоминая карту, — вот там, к северу от села, полосой тянутся Большие Тростники, цепь озерец на реке Скакунье. Кажется, мы стоим у одного из ее притоков.

— И это название ей прекрасно подходит, — усмехнулся мужчина. Люди разочарованно загомонили — выволоченная багром черная туша оказалось всего-навсего разбухшим от воды тулупом.