Верные враги

Но те, кто завтра будут штурмовать стены, высекать искры из мечей, натягивать луки и подставлять щиты стрелам, проливая свою и чужую кровь, выставят меня на посмешище. И будут совершенно правы.

— Сумасшедший дом какой-то, палата для самоубийц! — охнула я. — Только не говорите мне, что где-то поблизости ошивается еще и Шалиска!

Гном с полуэльфом как-то странно переглянулись, но тактично промолчали.

— Так как насчет грога, Шелена? — напомнил Карст, окуная кружку в дымящийся котелок.

— Ну… — замялась я.

— Что? — невинно перебил гном. — Не, ну кружку я потом, конечно, на всякий случай ополосну, хотя грог — он и без того ядреный, любую заразу одним своим духом валит…

Я рассмеялась и взяла кружку. Молва уверяет, что гномы способны сварить первоклассный грог из чего угодно — главное, не интересоваться, из чего именно. Как ни странно, в этом случае ей можно верить. Ох, и впрямь ядреней некуда… Я судорожно поискала ртом чуть не вылетевшую из него душу, вдохнула ее на место и почувствовала, что готова голыми руками разобрать замок по камушку.

— Спасибо. — Я протянула Карсту пустую посудину.

— Тебе спасибо! — эхом откликнулся гном и, безо всяких ополаскиваний наполнив кружку уже для себя, отсалютовал ею за мое здоровье.

Про даркан он даже не упомянул, хотя наверняка сразу же его заметил…

— Куда?! — осадил дракона Верес. — А ну давай обратно в человека! Что они, дураки — за тобой крылатым, как собакам за вороной, гоняться?

— Лучшего друга на верную смерть выпроваживает! — попытался пустить слезу Мрак, но, глянув на наши угрюмо сосредоточенные лицо и морду, устыдился и приготовился принять геройскую кончину, тьфу, начать отвлекающий маневр.

— Какая тебе лошадка — слышал, что эльфы доложили? — раздраженно прорычала я. — Из-за этого проклятого Круга на том краю поля вскрылась речка, колотый лед разбросало по берегам и снесло вниз по течению, так что там теперь полынья саженей тридцать в длину.

— А может, замерзло уже… — робко предположил Мрак.

Дракон помотал головой и поглубже надвинул треух. Уж слишком выразительно разносилось по лесу сердитое ржание моего жеребца, нервно истоптавшего снег на всю длину привязи.

— Ну, с богами. По одному нам, и два, так уж и быть, тебе, — великодушно поделила я белорский пантеон.