Вероника

Те стояли безмолвной пародией на ушедшее детство. В самый главный момент Инга выгнулась ему навстречу, не чувствуя боли, она ощутила только триумф! Она царапала ему спину ногтями, кусала ключицы не от боли, а от дикого желания, от предчувствия наслаждения, которое, точно знала, приближается. Потом ее накрыла оглушительная тишина. Они лежали без движения, выравнивая дыхание. Инга взяла Колину руку и поцеловала его пальцы.

— Спасибо тебе…

Коля не спросил — за что. Свободной рукой погладил ее волосы. Он все понял по-своему: ему удалось развеять ее страх близости, и она ему за это благодарна.

Он мягко отнял у нее свою ладонь и повернулся к ней боком. Стал смотреть на нее в молочном свете фонаря.

— Тебе хорошо? — спросил он.

Инга часто-часто закивала, и из уголка ее левого глаза поползла вполне натуральная слеза. Коля поймал ее губами. Ингу распирало от собственного триумфа, от первого оргазма. Ей хотелось прыгать и кричать, будто она выиграла миллион. Но Инга знала, что это еще не победа. И она тихо и доверительно начала рассказывать ему о своих чувственных ощущениях, не забывая при этом касаться его пальцем, рисуя на его груди черточки и точки.

Она хотела, чтобы Коля почувствовал себя героем. Ее глаза светились восхищением. Кончилось все тем, что он снова набросился на нее, а она победно улыбалась в темноте, с радостью отдавая ему свое тело.

Назавтра она явилась в общежитие без звонка. Сашка спал, а Коли не было. Инга знала, что в это время он на тренировке. Сашку было пушкой не разбудить, на эту его особенность несколько раз жаловалась вахтерша.

Инга тихо напевала, двигаясь по комнате. Ее взгляд упал на разбросанные по комнате мужские рубашки. По запаху определила Колину. Инга неторопливо разделась и сложила свои вещи на стульчике. Сняла колготки и разложила их на батарее. Туда же подвинула сапоги. Натянула на себя Колину рубашку и затанцевала по комнате. Она изучала Колины конспекты, когда на тумбочке в эмалированном тазу загремел будильник. Сашка, не поднимая головы, стал шарить рукой, чтобы выключить. Таз вместе с будильником грохнулся на пол. Лохматая Сашкина голова вынырнула из-под одеяла, и он увидел Ингу.

— Ты.., чего? А че ты.., без одежды?

Инга расхохоталась и плюхнулась на Колину кровать.

— А что, я тебе такая не нравлюсь?

— Нравишься, только…

— Ой, да ноги у меня промокли, вот и все! Там такая погодка! А перед самым общежитием меня машина обрызгала с головы до ног. Моя одежда вышла из строя.