— Мы вам очень благодарны, сударь! — произнес Николя, обращаясь к Томмазо Бальбо. — Но у нас, разумеется, есть к вам вопросы. Итак…
— Итак, Николя, — пророкотал глухой голос адмирала, — экипажи готовы, а терпение, как известно, не принадлежит к числу добродетелей нашего министра."
"Все встали и отправились рассаживаться по каретам: адмирал, Эме и Томмазо сели в одну, Семакгюс, Бурдо и Николя — в другую. Прежде чем закрыть дверцу, Николя отыскал взглядом Рабуина, обладавшего способностью возникать именно тогда, когда в нем особенно нуждались.
Под заинтригованными взорами Семакгюса и инспектора Николя довольно долго давал осведомителю какие-то указания, и тот — в знак согласия — молчаливо кивал головой. Наконец кучеры щелкнули кнутами, и кортеж двинулся во дворец. К удивлению обоих друзей, Николя всю дорогу молчал. Семакгюс даже шепнул на ухо Бурдо, что их друг, видимо, еще не пришел в себя от радости. Когда они все вместе вошли в кабинет министра, хозяин его суетился вокруг сундучка из ценных пород дерева, где в нескольких обитых бархатом отделениях лежали обернутые в шелковую бумагу парики.
Преклонив колена перед этими сокровищами, Сартин один за другим разворачивал парики, сделанные из льна, конского волоса и натуральных волос, сопровождая появление каждого парикмахерского шедевра радостным возгласом. Увидев явившееся к нему сообщество, он с видимым сожалением оторвался от своего занятия. Приказав слуге принести для посетителей кресла, он с видом судьи сел за рабочий стол.
— Вот видите, Николя, вместо того чтобы тащить мне трупы, как это делают некоторые… адмирал д’Арране, явив недюжинный вкус, отправил мне сундук с поистине бесценными париками, найденный нашими благородными корсарами на одном из судов Его Величества короля Англии.
И да будет ему за это моя великая благодарность! Итак, господа, где ключ королевы?
— У нас его нет. Но мы уверены, что этот господин прольет свет на интересующий нас вопрос.
И Николя указал на Томмазо Бальбо.
— Сколь ни велика наша признательность за спасение мадемуазель д’Арране, полагаю, сударь, вы понимаете, что мы с нетерпением ждем вашего рассказа.
Итальянец встал и, согнувшись в три погибели, отвесил всем почтительный поклон.
— Благодарю вашу светлость за то, что вы предоставили мне возможность изложить мою печальную историю. Я родом из Норчии, что в провинции Умбрия. Мой отец был аптекарем и обладал обширными познаниями во многих областях науки. Однако тамошние врачи оклеветали его, и он разорился.
