Вершина мира

Горит наверное ладонь теперь…

— Я, — цедит он сквозь зубы, — не понимаю, каким образом моя личная жизнь связана с обсуждаемыми здесь вопросами.

Кофман открывает рот, чтобы что-то сказать, но я его опережаю:

— Да никаким. Никаким образом не связана. Также, как и Лена никак не связана с Тоней. Но вся штука в том, что связь обязательно установится. Либо та, либо другая. Понимаете? Жизнь ваша, сугубо личная и непубличная повлияет на ход дела, либо Тоня повлияет на ход подготовки к свадьбе. Я не слишком туманно изъясняюсь?

Рожа у него становится красной, а глаза начинают бегать.

— Сука ты, Брагин, — шипит он. — Думаешь, если испортишь мне жизнь, тебе это поможет? Или, может быть, надеешься, что я ради свадьбы закрою твоё дело?

— Было бы неплохо, — киваю я. — Очень неплохо.

— Дурак ты, — чересчур запальчиво восклицает он. — От меня уже ничего не зависит!

— Хорошо, конечно, жениться на горкомовке, — продолжаю я. — Мало ли что, пригодится воды напиться, да? Может, по службе подтолкнёт, а, может, вкусняшку когда принесёт.

Да и так, перед дружками своими пописаться можно. Мол, а вы знаете, кто моя жена? Но только кто подумает об Антонине и её разбитом сердце? Пока ещё целом, конечно, но надолго ли? И, кстати, размер груди, вне всяких сомнений у неё ощутимо больше, чем у Лены.

Уж я-то знаю. Я подмигиваю Суходоеву, а Кофман строит укоризненные гримасы.

— Ну что же, — цедит сквозь зубы старлей, — вашему делу это не поможет. Более того, угрозы только усугубят положение.

— Да, это, разумеется угроза… Но вот, что я вам скажу.

Бумажка ваша от алкоголика Рыбкина гроша ломаного не стоит, потому что на вас дело за делом заводится. И если не получится по одному, то посажу по другому. Скоро я вас вызову по поводу хулиганских действий в ДК Строителей и причинения вреда здоровью гражданину Михаэлису.

Чего? Мы с Кофманом ошалело смотрим друг на друга. Он-то про Фрица ни сном, ни духом, а вот я удивлён по иной причине. Фриц этот что, всё-таки накатал на меня заявление? Вот гусь! Придётся ему ещё подырявить мягкие места.

Ладно, придумаем что-нибудь. Безвыходных ситуаций не бывает.

Весь день я размышляю о том, что предпринять и что нароют Рыбкин и Баранов. Понятно, что быстрых результатов добиться не получится, а ждать… А ждать не слишком приятно… Вечером я иду на тренировку. Дожидаюсь Трыню и вместе с ним иду в школьный спортзал. Сейчас позанимаюсь и в голове прояснится. Это сто процентов, даже двести.

В нашей секции на сегодняшний день числится десять человек.