Вершина мира

— Можно мне кофе, пожалуйста?

Алик молча отворачивается и делает мне кофе. Надо сказать, кофе неплохой. Мало где… да что там, подумав, могу сказать, лучший в городе.

— Пятнадцать не выйдет, — пожимаю я плечами.

— Тогда, — спокойно отвечает он, — не будешь здесь работать.

— При всём уважении, — говорю я, как в американских фильмах про мафию, — но от меня это не зависит. Боюсь, от вас тоже не вполне. Хотя рад буду ошибиться.

— Поясни, — холодно произносит он, и я чувствую, что он крайне недоволен направлением разговора.

— Я не владелец тотализатора. Новый владелец Цвет. Я лишь оператор, если так можно выразиться. И предлагаю вам десять процентов, но не от выручки, а от прибыли конторы.

Он замирает. Грабёж, конечно. Он привык уже десять про с выручки хапать. Но это ни в какие ворота, если честно. Он получает клиентуру, которая тут бочками выпивает его заморские пойло, а он ещё и на выигрыш хочет лапу наложить. И накладывает, собственно.

— Я вас глубоко уважаю, Альберт Эдуардович, но в убыток работать не смогу.

У меня ресурсов для этого нет. Тем более, до Олимпиады, думаю, будет ощутимый спад среди игроков. Впрочем, многие из них уже привыкли приходить именно сюда, в ваш бар даже когда не играют. Выпить, поболтать в дружелюбной буржуазной обстановке. Атмосфера бара — ваша заслуга и отсутствие Кахи с Рыжим пойдёт всему на пользу. Согласитесь, они и из-за ширмы умудрялись всё портить. Но я портить не буду. Посажу тут у вас красотку, ту что Рыжему палец откусила, она с репутацией девушка, ей палец в рот не клади. Мужики будут толпами виться, сами понимаете. Так что ваша выручка пойдёт несомненно в гору. Но не то что повышать, а даже оставлять прежней, вашу комиссию никак не получится.

— Значит, не получится продолжать сотрудничество, — отвечает он безо всяких эмоций.

— Это было бы прискорбно. Для нас обоих, между прочим.

Он, не глядя на меня, протирает бокал.

— Потому что, — продолжаю я, — мне бы пришлось искать новое место. И оно нашлось бы, вы же понимаете. Не такое красивое и импозантное, как ваш замечательный бар, разумеется, но функцию свою вполне бы выполняло.

Хотя бы тот же «Папин мир».

— Ну это я так, чисто для примера, — поясняю я. — Но отток посетителей от вас был бы неизбежен, вы же понимаете. Даже ваших постоянных клиентов.

— Нет, — спокойно говорит он.

— Нет, так нет, я же не уговариваю. У всех свои резоны. Я вашу ситуацию не знаю, вы — мою. Тем не менее…

— Не стоит пытаться меня вразумить, — перебивает он. — Нет значит нет.