Вершина мира

— Нет, та рыжая, с которой я тебя видела…

— Натусь, Таня просто хорошая знакомая и всё. Она же намного старше меня.

— Я слышала, некоторым девушкам нравятся юные и неопытные мальчики…

Где же ты такое слышала, милая? В журнале «Работница» такое не пишут.

— Нет, ты ошибаешься. Мы просто приятели и не виделись уже довольно давно. Да вот тогда, наверное, и был последний раз.

— Ты меня избегаешь, — грустно опускает она голову. — Ведь ты же не можешь не замечать, что я… Что ты… Что ты мне нравишься…

Замечаю, ага.

Я только сейчас, кстати, замечаю, что она в новых колготках, в моём подарке. И да, ножки действительно, как конфетки. Вид обтянутых тёмным капроном острых коленок… В общем у меня внутри что-то сжимается. Не знаю, что там у меня имеется, но сжимается чувствительно. Прямо больно становится. Дожились…

— Наташенька, милая, ты мне тоже очень нравишься, правда. Знаешь, за последние два месяца, ты будто частью меня стала…

— Только за последние два?

— Ну да… Когда кирпичом по голо…

— Тебе всё шуточки, — перебивает она.

 — А я… я… тебя… люблю…

Ну бляха муха! Да что же это делается! За что меня любить-то?! Я и там жене изменял, и здесь кучу баб уже перетрахал. Если быть точным, троих пока… Вообще, я дед, сто лет в обед, по сравнению с тобой. Да, ты мне нравишься, и я тоже тебя люблю, по-своему. И я бы прямо сейчас сгрёб тебя в охапку и показал, с чего начинается взрослая жизнь. Но я ведь не последняя сволочь! Сволочь, да, но не подонок. И чего мне теперь делать? Чего делать-то?

— Наташка, — тихонько говорю я, и, приобняв её за плечо, прижимаю к себе.

Целомудренно прижимаю, по-братски, по-отечески. У меня дочь старше неё, если что.

— Я тоже тебя люблю, — шепчу я в её густые каштановые волосы, пахнущие, увы не ребёнком.

Они пахнут желанием и юной, но уже оформившейся красотой.

— Очень сильно люблю, — продолжаю я. — Но ты пойми…

Она не дослушав вырывается из моих объятий и, вскочив, становится передо мной.

— Любишь, — говорит она вздёрнув подбородок.

 — Докажи!

ЁКЛМН, как пишут на кассовых аппаратах! Это плохие парни требуют от недающих подружек доказательств любви. Не наоборот!

— Ты вроде хотел на примерке побывать? Ну вот, смотри. Как тебе колготки?

Она дёргает за поясок халата и он развязывается, а сам халат, этот маленький клочок шёлка, или из чего он там сделан, соскальзывает с худых девичьих плеч и падает к её стройным ногам.

У меня челюсть отваливается. Да, ножки, как конфетки. Она вся как конфетка.