Вперед и…
Мне кажется, что меня сейчас разорвет от этих движений, я снова царапаю ему спину. С шипением Дагервуд отстраняется, забрасывает мои ноги себе на плечи. И снова вперед…
– Еще…
– О да…
* * *Страстная дикая кошка царапает ему спину и облизывает розовым язычком, заставляя терять остатки разума. Хотя какой, ко всем демонам, разум? Он потерял его, когда прикоснулся к ней. Острота ощущений казалась запредельной, пах болел от простреливающих спазмов и каменной эрекции. Безумие застилает глаза, сладкое наслаждение скручивает все тело.
Каждая мышца дрожит и пульсирует.
– Еще…
О да. Еще. Он даст ей столько, сколько она захочет, столько, сколько выдержит. Яростных ударов внутри ее тела, в мучительном наслаждении, в безостановочном движении.
Да!"
"Он не узнает свой голос, когда говорит это. Он не узнает себя, хотя на все плевать, лишь бы снова и снова чувствовать, как она сжимает его внутри, и видеть глаза, пьяные от наслаждения. От оргазма, что сотрясает тело Ви.
От их близости. Невозможно насытиться этим, хочется продлить до бесконечности, удовольствие кажется агонией. Ему нужно еще… Еще втянуть в рот ее язык, еще сжать пальцами ягодицы, еще ощутить соски, трущиеся о его грудь. И еще войти в нее. Еще! Яростнее и резче, почти подыхая от уже простреливающего позвоночник оргазма… Собственный пик заставил рухнуть и прижаться лбом к бархатной обшивке дивана, надеясь не сдохнуть от бесконечной и невероятной пульсации члена.
И будь он проклят, если это не лучший секс в его жизни.
Впрочем, он кажется, уже…
Агония страсти схлынула, оставив мучительную нежность и сладкую опустошенность. Влад хотел что-то сказать. Но не успел, потому что на его голову обрушилось что-то тяжелое, отправляя в небытие.
* * *Я сжала пальцы на бронзовой подставке за мгновение до того, как он поднял голову. Сжала и ударила. Да, у меня сложные отношения с подставками. И с этим мужчиной.
Он все еще пульсирует во мне, мое тело еще дрожит, но как скоро он снова захочет меня убить?
Сразу после того, как будет удовлетворен инстинкт мужчины?
На этот раз я оказалась быстрее. И размышлять об этой ночи я буду потом, а сейчас лучше действительно убраться.
Дагервуд обмяк, придавив меня к уничтоженному дивану, и я завозилась, выбираясь из-под него. Он оказался невероятным тяжелым… И еще я осознала, что не хочу уходить.
