Весь Чейз Джеймс Хэдли в одном томе

 — Через три часа они подъедут к горловине. Джипо с Китсоном, верно, вспотели, ожидая их.

— Теперь, когда я увидел бронемашину и обоих парней, дело для меня стало вырисовываться четко, — лицо Блека было серьезным. — Ты прав, Фрэнк, дело грандиозное, и провернуть его будет нелегко.

— Если будем действовать по-умному, все будет хорошо, — ответил Морган. — Теперь надо взглянуть на это самое ночное кафе. Я хочу поглядеть, как оттуда легче мотать. Нам придется смываться оттуда в момент. Тут у нас, Эд, промашки быть не должно.

— Ни в этом деле, ни в том, главном, — добавил Блек, прищуриваясь.

Морган кивнул, потом вывел машину со стоянки и повел ее к центру.

Примерно в половине двенадцатого Китсон и Джипо подкатили в видавшей виды машине Джипо к «бутылочному горлу», в двух милях от ракетного полигона.

Китсон вел машину. Джипо терпеть не мог ходить пешком, и Китсону пришлось ссадить его у самого «бутылочного горла», а самому проехать еще четверть мили, чтобы спрятать машину в густом кустарнике.

Поставив ее так, чтобы не было видно с дороги, он вернулся к «бутылочному горлу».

Солнце светило вовсю, припекало голову, и скоро он порядком вспотел.

На нем была ярко-синяя рубашка с открытым воротом, джинсы и кеды. Он двигался легко, размахивая большими кулаками, высоко подняв голову. Радуясь случаю поразмять свои длинные сильные ноги, он шел, осматривая территорию по обе стороны пыльной, истосковавшейся по дождю дороги. Футболя носками кедов комки грязи и с гордостью поглядывая на свои мускулы, играющие под пропитанной потом рубашкой, он думал о том, что место выбрано подходящее для аварии.

Подойдя к узкой горловине, Китсон внимательно осмотрел ее.

Здесь дорога резко сужалась, сдавленная двумя огромными камнями, скатившимися с холмов, что возвышались по обеим сторонам. Вокруг этих камней рос густой кустарник, где можно было надежно спрятаться. Оглядываясь, он никак не мог найти Джипо, хотя знал, что тот засел где-то поблизости и наблюдает за ним. То, что Джипо смог здесь так здорово укрыться, немного успокоило его, хотя на душе было тревожно.

Его пугала вся эта затея. Он был уверен, что Дирксон и Томас не сдадутся, и кто-нибудь обязательно погибнет.

Последние шесть месяцев, с тех пор, как Китсон бросил бокс, он всецело находился под влиянием Моргана. Один только Морган остался тогда с ним в раздевалке, после того как его жестоко отделал пацан чуть ли не вполовину ниже его ростом и на семнадцать фунтов легче весом.