Весь Эркюль Пуаро. Том 1

— Тогда почему вы спросили?

Джон Кавендиш обратился к Пуаро:

— Вы пойдете с нами, мсье? Мы собираемся просмотреть документы матери. Мистер Инглторп вполне согласен предоставить это мистеру Уэллсу и мне.

— Что, кстати сказать, очень упрощает дело, — пробормотал адвокат, — так как формально, разумеется, он имеет право…

Фраза осталась незаконченной.

— Сначала мы посмотрим письменный стол в будуаре, — объяснил Джон, — а затем поднимемся в спальню матери. Она держала свои самые важные документы в фиолетовом портфеле, который нам нужно внимательно осмотреть.

— Да, — сказал адвокат, — вполне вероятно, что там может быть более новое завещание, чем то, которое находится у меня.

— Есть более позднее завещание, — заметил Пуаро.

— Что? — Джон и адвокат ошеломленно уставились на него.

— Или, вернее, — невозмутимо продолжал мой друг, — такое завещание было.

— Что вы имеете в виду, говоря «было»? Где оно теперь?

— Да. Взгляните! — Он вынул фрагмент обгорелой бумаги, который мы нашли в камине комнаты миссис Инглторп, и подал его адвокату, кратко объяснив, когда и где его нашел.

— Но, возможно, это старое завещание?

— Я так не думаю. Более того, почти уверен, что оно было составлено не раньше чем вчера, во второй половине дня, после полудня.

— Что? Быть не может! — вырвалось одновременно у обоих мужчин.

Пуаро повернулся к Джону:

— Я докажу вам это, если вы разрешите мне послать за вашим садовником.

— О, разумеется!.. Но я не понимаю…

— Сделайте то, о чем я вас прошу. А после можете спрашивать сколько угодно.

— Очень хорошо. — Джон позвонил.

Сразу же явилась Доркас.

— Доркас, скажите Мэннингу, чтобы он пришел сюда, ко мне.

— Да, сэр, — ответила Доркас и вышла.

Мы ждали в напряженном молчании. Только Пуаро был совершенно спокоен и незаметно протер своим носовым платком пыль в забытом уголке книжного шкафа.

Тяжелые шаги подбитых гвоздями башмаков по гравию возвестили о приближении Мэннинга. Джон вопросительно взглянул на Пуаро. Тот кивнул.

— Входите, Мэннинг, — пригласил Джон.

Мэннинг не спеша вошел через французское окно и остановился около него. Фуражку он держал в руках, очень осторожно поворачивая ее за околыш. Спина его была сильно согнута, хотя, возможно, он был не так стар, как выглядел. Однако глаза Мэннинга, умные, проницательные, не соответствовали его медленной, довольно осторожной речи.

— Мэннинг, — сказал Джон, — этот джентльмен задаст вам несколько вопросов, на которые я хочу чтобы вы ответили.