Весь Гарднер в одном томе

Потом он начал считать слова, а она ушла.

Мейсон продолжал разглядывать фотокопию.

— Пол, каким образом газеты докопались до сути дела? — спросил он.

— До такой, что человек, живший под именем Фоули, в действительности Клинтон Форбс, что он бежал с Полой Картрайт, и вообще до скандала в Санта-Барбаре?

— Ну, мы ведь до этого докопались, а в газетах все организовано не хуже, чем у нас. У них есть корреспонденты в Санта-Барбаре, они просмотрели подшивки старых газет и сделали из этого сенсационную историю.

Перри Мейсон задумчиво кивнул.

— Пожалуй, Дрейк, я готов к процессу, — сказал он.

Детектив удивленно посмотрел на него.

— Даже если ты будешь настаивать на немедленном слушании, дело не попадет в суд еще некоторое время, — заметил он.

— Именно так и следует готовиться к процессу по уголовному делу, — улыбнулся Мейсон.

Атмосфера в зале суда казалась насыщенной смрадом, который исходит от толпы, чьи эмоции возбуждены до предела.

Судья Маркхэм, ветеран уголовного суда, председательствовавший на многих громких процессах по делам об убийстве, сидел за массивной кафедрой из красного дерева с видом полной отстраненности. Только опытный наблюдатель мог бы подметить ту настороженность, с которой он фильтровал в уме все происходящее.

Клод Драмм, заместитель окружного прокурора, высокий, хорошо одетый и безукоризненно вежливый, выглядел весьма уверенно. Мейсон не раз одерживал над ним верх, но сейчас обвинитель не сомневался в победе.

Перри Мейсон сидел за столом защиты с безразличным видом, свидетельствующим о полном равнодушии к делу. Такая позиция резко контрастировала с традиционным поведением защиты, энергично оспаривавшей каждое слово обвинения.

Клод Драмм только что вторично воспользовался правом отвода без указания причины, и присяжный покинул скамью. Секретарь вызвал другого человека. Высокий, долговязый мужчина с торчащими скулами и тусклыми глазами шагнул вперед, поднял правую руку, принес присягу и занял свое место на скамье.

— Можете задавать вопросы, — сказал судья Маркхэм Перри Мейсону.

Мейсон окинул взглядом присяжного.

— Ваше имя? — осведомился он.