Весь Гарднер в одном томе

— Если бы ваша жена ушла из дома среди ночи и… — глубоко вздохнув, сказал Монтейн.

— Я не женат, поэтому на меня не ссылайтесь. Говорите только о фактах.

Монтейн поерзал в кресле и откинул со лба надоедавшую ему прядь волос.

— Моя жена очень скрытная женщина, — наконец сказал он. — Она не слишком рассказывает о себе и своих делах. Наверное, потому, что ей самой приходилось зарабатывать на жизнь, и она никогда ни перед кем не отчитывалась. Во всяком случае, если она не захочет о чем-либо рассказывать, откровенности от нее не дождешься.

— Ваши слова мне ни о чем не говорят.

— Видите ли, она дружила… дружит с одним хирургом, который работает в больнице «Сэйнвисэйд»…

— Доктор Миллсэйп. Клод Миллсэйп.

— И вы считаете, что она ездила к нему на свидание?

Монтейн сначала кивнул, потом отрицательно потряс головой и тут же снова кивнул.

— И вы не стали расспрашивать ее, поскольку боялись, что ваши подозрения подтвердятся?

— Да, — согласился молодой человек. — В тот момент я боялся ее спрашивать.

— Утром я догадался, что произошло на самом деле!

— Как вы догадались?

— Когда вы ее увидели?

— В небольшом ресторанчике, где я завтракал.

— До этого вы не завтракали?

— Нет. Я проснулся сегодня очень рано. Даже не знаю, в котором часу. Приготовил кофе и выпил две или три чашки сразу. После этого вышел прогуляться и зашел в ресторанчик. Там уже продавались газеты.

— Ваша жена знала, что вы ушли?

— Да. Она проснулась, когда я варил кофе.

— Она вам ничего не сказала?

— Поинтересовалась, хорошо ли я спал.

— И что вы ей ответили?

— Сказал, что крепко спал и даже ни разу не повернулся во сне.

— Она ничего не пыталась рассказать?

— Сказала, что спала плохо и что ей тоже следовало бы выпить вечером шоколаду. Добавила, что утром все же крепко заснула.

— Скажите, а в действительности она хорошо спала после того, как вернулась домой?

— Нет. Мне думается, что она даже принимала снотворное. Ведь она же медсестра… Я слышал, как она ходила в ванную комнату. Но даже после этого она часто ворочалась и вздыхала.

— Как выглядит сегодня ваша жена?

— Не лучшим образом.

— Но все же она сказала, что спала хорошо?

— И вы не стали опровергать ее ложь?

— Вы приготовили себе кофе сразу же, как только встали?

— Послушайте, мистер Мейсон, мне неприятно признаваться в подобных вещах, но что сделано — то сделано. Когда я поднялся, то заметил на туалетном столике сумочку жены. Рода в этот момент уже успокоилась под действием снотворного.