Весь Гарднер в одном томе

 — Вы осматривали тело, заглянули под халат…

— Да, — сказал он, и глаза у него прищурились.

— Именно тогда я достала завещание из сейфа. Он был раскрыт, я его закрыла. Вы все время были заняты телом.

Мейсон заморгал глазами.

— Боже мой, вы действительно могли сделать это, — выдохнул он. — Вы были между столом и сейфом. Зачем вы это сделали? Почему вы не сказали мне, что намереваетесь сделать?

— Я хотела убедиться в том, что завещание выгодно для меня, и если нет, то, возможно, уничтожить его. Вы считаете, что я должна его уничтожить?

— Нет! — снова повысил голос Мейсон.

Она молча смотрела на него, потом спросила:

— У вас есть ко мне еще какие-нибудь дела?

— Да. Сядьте на постель, чтобы я вас хорошо видел. Я должен узнать несколько вещей. Я не хотел вас спрашивать перед допросом, чтобы случайно не вывести вас из равновесия. Я хотел, чтобы вы были как можно спокойнее. Теперь положение изменилось. Мне необходимо знать, как все происходило на самом деле.

Она раскрыла глаза, придавая лицу свое отработанное выражение детской невинности.

— Я ведь все рассказала вам, мистер Мейсон!

— Вы мне ничего не сказали.

— Вы обвиняете меня во лжи?

— Ради бога, — вздохнул Мейсон, — прекратим эти игры и посмотрим фактам в глаза.

— Что вы, собственно, хотите сказать?

— Для кого вы так приоделись вечером?

— О чем вы говорите?

— Вы прекрасно знаете, о чем. Вы были одеты, как на бал, в вечернее платье с голыми плечами, в атласные туфельки и шелковые чулки.

— А ваш муж принимал ванну.

— Вы нарядились для мужа?

— Вы одеваетесь так каждый вечер?

— Я не сомневаюсь в том, что вы выходили из дома и вернулись перед тем, как ваш муж был убит. Вы не сможете мне возразить.

Она снова приняла высокомерно-ледяной вид и отрицательно покачала головой:

— Я была весь вечер дома.

Мейсон холодно посмотрел на свою клиентку и вздохнул.

— Я был на кухне, пил кофе и разговаривал с экономкой, — рискнул он. — Она слышала, как горничная говорила вам о том, что кто-то звонил, сообщая о каких-то туфлях.

Было заметно, что эти слова застали ее врасплох. Она с трудом взяла себя в руки.

— Что в этом плохого?

— Вначале ответьте. Горничная передавала вам такое сообщение?

— Откуда я знаю, — уклончиво ответила она. — Может быть, и было что-то такое, я не помню. Мне очень нужны были одни туфли, припоминаю… Кажется, Мери звонили по этому поводу, она что-то мне говорила. Но я не помню. Подобные пустяки вылетели из головы из-за всех этих событий.