Весь Роберт Шекли в одном томе

— Я кое-что об этом слыхал, — подключился к разговору толстяк. — Рассказывают, что вы приплыли сюда в лодке шесть лет назад еле живой, и единственным вашим имуществом была сумка, а в ней — пять тысяч доз противочумной сыворотки.

— Я слыхал точно такой же рассказ, — подтвердил араб. — Через неделю после вашего прибытия половина здешних жителей свалилась с бубонной чумой.

— Просто мне повезло, — ответил американец, на этот раз без улыбки. — Я был рад оказать им помощь.

— Да ну?! — изумился толстяк. — Пью за вас, сэр! Я уважаю людей, которые сами куют свое счастье.

— Вы на что намекаете? — холодно спросил Джеймисон.

Воцарилось зловещее молчание. Но звонкий девичий смех разрядил обстановку.

Мужчины уставились на девушку. Джеймисон нахмурился. Похоже, он задумался, что послужило причиной такого неуместного легкомыслия. Потом он заметил, что дерганый англичанин закинул руку за спину и опустил ладонь на рукоять длинного ножа, висящего в белых кожаных ножнах между худыми лопатками парня.

— Что, сынок, зуд одолел? — со смертоносным спокойствием поинтересовался Джеймисон.

— Если одолеет, я вам сообщу, — сверкнул глазами парень. — И еще: меня зовут не «сынок», а Билли Бантервиль. Вот кто я такой и кем собираюсь быть, а любой, кто вздумает утверждать обратное, — грязный лжец, и я ему с удовольствием оторву голову… оторву голову… оторву голову… О господи, с меня сползает кожа, что случилось с моей кожей, кто поджег мои нервы, почему мой мозг кипит?! Ох, мне плохо, сердце, мое сердце!

Толстяк посмотрел на араба и незаметно кивнул.

Араб достал из плоского черного кожаного чемоданчика, набитого пластиковыми ампулами с бесцветной жидкостью, шприц для подкожных инъекций и умело сделал парню укол. Билли Бантервиль заулыбался и развалился в кресле, словно марионетка, у которой отпустили нитки. Его зрачки настолько расширились, что радужка совершенно исчезла, а на худом, костлявом лице появилось выражение неописуемого счастья. Мгновение спустя он исчез.

— Скатертью дорога, — заметил Джеймисон, до этого момента молча наблюдавший за происходящим.

 — Зачем вам вообще понадобилось тащить с собой такого типчика?

— Он бывает полезен, — сказал толстяк.

Девушка тем временем взяла себя в руки.

— В том-то и дело, — сказала она. — Каждый из нас бывает полезен. У каждого есть нечто, необходимое остальным. Можете считать нас единой сущностью.

— Ясно, — кивнул Джеймисон, хотя на самом деле ничего не понял. — То есть, каждый из вас незаменим.