Весь Тайгер Манн

Правда, им еще надо было не упустить шанс. Я направился к выходу, поманил Мартреля, он вышел следом за мной через главную дверь и присоединился ко мне на улице. На всякий случай я держал руку на своем сорок пятом, готовый прокладывать путь при его помощи, если придется. Мартрель заметил это и, хоть ничего не сказал, неприметно огляделся кругом.

Парень в крытом грузовичке увидел, как мы подошли, и вопросов не задавал. Он соскочил с бампера, захлопнул капот, вытер руки, сел за руль и включил мотор. Я подвел Мартреля к грузовику с другой стороны и забрался внутрь следом за ним.

— Кати, — сказал я. — Куда-нибудь.

Я слегка подтолкнул Мартреля:

— Снимите эту фуражку и мундир. Нам придется туго, если вас в таком виде заметит полицейский.

Он понял и, сняв форму, бросил ее на сиденье.

— Мы должны укрыться где-то и достать для него нормальную одежду.

— У меня маленькая квартирка неподалеку отсюда. Но одежды там нет. Только несколько рабочих комбинезонов.

— Эту проблему мы решим позже. На сегодняшнюю ночь позволь воспользоваться твоей квартирой.

Полиция перевернет весь город, разыскивая нас, и проверит все возможные способы бегства. Что касается тебя, то у твоей машины оказался не в порядке мотор и ты поехал выяснять, в чем дело.

Квартира из двух комнат находилась в старом доме неподалеку от Риверсайд-Драйв. Никто не видел, как мы туда вошли, и я велел водителю отвезти полицейскую форму назад в больницу. Он может сказать, что обнаружил ее в одном из мусорных баков или нашел на улице, — словом, что-нибудь в этом роде.

Если будут проверять его рассказ и найдут кого-то, кто видел грузовичок внизу у дома, ему следует объяснить, что заезжал сменить комбинезон после возни с мотором. Водитель переоделся в чистый белый комбинезон и забрал с собой форму копа, в том числе и синие полицейские брюки.

К сожалению, в квартире не было ни телевизора, ни радио, так что я не мог послушать новости и узнать о развитии событий. Впрочем, особой необходимости в этом пока что не было.

Именно сейчас все заинтересованные службы начнут расследование, и больницу наглухо закроют. Служба безопасности знает о моем участии в событиях, и оглушенному мной полицейскому не составит труда опознать меня.

Я позвонил Эрни Бентли в лабораторию, но он уже ушел оттуда. Дома у него телефона нет, но утром он так или иначе вернется на работу, стало быть, незачем беспокоить его теперь.

До сих пор Мартрель ни о чем меня не спрашивал, но я понимал, о чем он думает.