Весь Тайгер Манн

Он вернул фотографию и поглядел на меня долгим и твердым взглядом:

— Нет, я не главная его задача.

Руки у меня непроизвольно сжались в кулаки.

— Он здесь в связи с проектом Валчека.

— В Вашингтоне есть некое здание, где хранятся записи и информация о советских делах, включая новые сведения, неизвестные вашим людям. Вскоре там начнется дешифровка материалов, и советское правительство понесет колоссальный ущерб.

— Вы знаете, что это такое?

— Нет, оно проходило через другое министерство. Я только осведомлен о его ценности.

Все здание будет разрушено. Это и есть проект Валчека.

До меня начало доходить медленно и постепенно, словно я находил отдельные частицы и кусочки и выстраивал их в одну линию. Началось оно случайно и кончилось преднамеренно, но это было еще не все. Возможно, уже слишком поздно.

— Мартрель, послушайте. Вы должны добираться сами.

В его глазах появилась решимость.

Я дал ему адрес склада, сообщил, как стучать в дверь, велел ехать на такси и оставаться там, пока я не вернусь. Уолли и Рондина уже там вместе с Соней, в безопасности.

Никого, кроме меня, не впускать, и пусть Мартрель даст Уолли описание проекта Валчека, пока они ждут меня.

На этот раз мы двинулись к западу и шли, пока не увидели такси. Я помахал, стал посреди улицы и усадил Мартреля в машину. Через десять минут поймал такси для себя и попросил водителя отвезти меня к пристани, где стоял на причале «Мейтленд», надеясь, что он еще не отплыл.

Ирландское счастье сопутствовало мне. Пристань была освещена прожекторами, и на палубе царила невероятная суета.

«Мейтленд» был готов к отплытию, времени оставалось немного. Пятерка открыла мне доступ к телефону смотрителя пристани, и я позвонил Чарли Корбинету.

Он начал что-то говорить, но я его прервал. Сказал, где нахожусь и, попросил прибыть как можно скорее. Я хотел, чтобы команда службы безопасности была поднята по тревоге и готовилась к быстрым действиям, а их линии интеркома, все до одной, должны быть свободны. Чарли не тратил времени на расспросы. Это потерпит.

Он уразумел, что дело чрезвычайное, и повесил трубку раньше меня.

Смотритель сообщил, что корабль отчаливает через сорок пять минут, и я посмотрел на свои часы. Я ждал у ворот, вглядываясь в каждое подъезжавшее такси и с каждой минутой волнуясь все больше. Чарли понадобилось полчаса на дорогу.

— Только бы не прокол, Тайгер! — Это были его первые слова.

— Задержи этот корабль, Чарли. Можешь?

То, что он предъявил смотрителю, вынудило того открыть нам ворота.