Весь Тайгер Манн

Она хотела быть уверенной. Хотела узнать и не удержалась от вопроса:

Я на этом получал время. Оно мне было нужнее всего. Имея в запасе время, я мог что-нибудь придумать.

— При помощи твоего экзотического и прелестного нижнего белья, цыпленочек. Оно тебя выдало. Твоя связь с Фаунтейном осуществлялась через бланки заказов, и в качестве прикрытия посылаемых тебе инструкций он отправлял тебе предметы туалета. Ничего особенного, ничего такого, что станет носить дама с хорошим вкусом, дешевку, которую он рассылал множеству юных дурочек по всей стране.

Ты кое-что привезла сюда с собой. Происхождение, воспитание, назови как хочешь. Я бы назвал это отсутствием класса. У тебя скверный вкус, и ты не могла заставить себя выбросить это барахло. Ты же мне сама говорила... У вас в стране женщины от таких вещей без ума. Это считается буржуазным, осуждается, но женщинам нравится.

Когда я увидел, чем торгует Фаунтейн, я должен был сообразить сразу, но, к сожалению, дошло до меня только через некоторое время.

И я угодил в твою хитрую маленькую ловушку. У тебя было задание добраться до Мартреля, а я-то! Я сделал все, чтобы тебе помочь. Хорошенькая операция, детка, но проделана она была недостаточно быстро, к тому же остальная часть группы, занимавшаяся другими делами, тоже накрылась. Понадобится очень много времени, чтобы снова сколотить подобную группу.

— Дураки, что попались.

Соня Дутко посмотрела на меня с забавным удивлением.

Я все еще старался выиграть время.

— Вот как? — произнесла она.

— Я должен был разгадать тебя, когда твой друг переоделся женщиной, чтобы передать тебе инструкции, а тут еще Энн Лайтер явилась в твой номер. Записка, которую ты получила от нее, была подписана «Т. Мэнн». Там не было имени Тайгер, но ты назвала меня так во время нашей первой встречи. Энн ни за что не сообщила бы тебе этого, но коммунистический агент помнил меня по их списку "А".

Это была твоя ошибка.

Она взмахнула пистолетом и сказала:

— Но не фатальная, как твоя. — Она поглядела на остальных. — А также их. — Тут Соня улыбнулась Мартрелю: — Бедный дурень, теперь он понял, что должен был заговорить, и вот потеряет жизнь. Как он смотрит на меня, а?

Позади Мартреля застонал и зачертыхался Уолли, пытаясь развязать веревки. Он по меньшей мере десяток раз упомянул мое имя, прежде чем замолчал.