Весь Тайгер Манн

Но мой народ осудит меня, если у меня не будет сыновей, чтобы возглавить страну. Я достаточно ясно выражаюсь, мистер Мэнн?

Впервые я осознал, что и король Селачина нуждается в сострадании. Я понял его желания, увидел его слабости, ощутил смесь комического и трагического в королевской жизни, будь то большая или маленькая страна.

— Куда яснее, — ответил я.

И все же я не переставал чувствовать себя племенным жеребцом.

Когда мы уселись в такси, Вей Локка повернулась ко мне с лучезарной улыбкой. Отбросив в сторону свою лежавшую между нами сумочку, она придвинулась ко мне вплотную и, протянув руку, переплела свои пальцы с моими, нежно склонив голову мне на плечо.

Постепенно она приняла полулежащую позу, вытянув ноги к дверце. При этом подол ее зеленого платья оказался задранным выше бедер.

— Тебе не кажется, Тайгер, что у нас странные обычаи?

— Я и не такое встречал.

— Приведи пример, — подхватила Вей. — Расскажи, где, когда.

— Естественно, — с готовностью согласилась она.

Я сжал ее руку с такой силой, что она поморщилась от боли, и ухмыльнулся, почувствовав, как напряглось ее тело, но она не отняла руки и не изменила позы.

— На земле все одинаково, детка. Чего бы тебе ни захотелось, не надо гоняться за этим по белу свету, все можно найти в Нью-Йорке. Он — альфа и омега, начало и конец всего — отвратительного и прекрасного, похотливого и девственно-чистого. Достаточно взглянуть повнимательнее, и увидишь и жизнь, и смерть, и секс во всем его разнообразии. Увидишь то, что хочешь видеть, и найдешь то, что ищешь.

Что желаешь увидеть ты?

— А если тигр встречает тигрицу, которая его ищет...

— Останови на следующем углу.

— Ты мне не ответил, — сказала Вей.

— Может отгрызть ей голову. А может утащить в свое логово и сжевать заживо.

— Возьми меня в свое логово, Тайгер, — попросила Вей.

— Замолкни, — приказал я, искоса глянув в ее огромные черные глаза. Она засмеялась и показала мне язык.

В небольшом ресторанчике, куда мы зашли, было шумно и тесно от туристов, побывавших на Всемирной ярмарке и обвешанных пакетами.

Вей Локке здесь не понравилось, и мы перепробовали много других мест. Побывали в бистро, где цена была выше качества, в дешевой столовке, где от бродяг, как от мух, не было отбоя, в подозрительных притончиках от нижнего Бродвея до пятидесятых улиц. Но вся эта нью-йоркская экзотика не вызывала у Вей интереса.

Мы успели до закрытия в «Голубую ленту» на Сорок четвертой улице — любимое место истинных гурманов.