Весь Тайгер Манн

Это даст тебе несколько секунд жизни...

Я дотронулся до моего сорок пятого... Надо попытаться... Нет, бесполезно, не смогу, Нигер Хоппес задел мне бок. До сих пор в пылу битвы я не чувствовал боли, но теперь вся моя правая сторона была почти парализована. Движение, которое я сделал, заставило меня задрожать, боль пронзила весь бок и отдалась в голове. Я дал упасть моему оружию.

— Теперь выложи все из карманов, — приказала Камилла. — Полностью. Выверни их, чтобы я могла все видеть. Я слышала о твоих трюках, Тайгер.

Мы тоже пользуемся трюками, но лично я не собираюсь знакомиться с твоими.

Выкладывая одну вещь за другой на стол, я опустошил карманы и вывернул их.

Камилла была разочарована: бумажник, патроны, связка ключей и этот печально бесполезный «Безекс», приготовленный Эрни для Нигера Хоппеса.

Она удивленно посмотрела на меня:

— Да, все. Почему ты не стреляешь?

Новая улыбка... Потом:

— Я тебе уже один раз сказала... Обожаю наблюдать за людьми, их реакцией. Твое досье у нас настолько большое, что я хочу видеть, как ты будешь вести себя, зная, что скоро умрешь.

— Я уже находился в такой ситуации, девочка.

— Да, но на этот раз наверняка... Отступи. Шаг за шагом... осторожно... Остановись. Оставайся посредине... Там.

Я послушался. Если я попытаюсь приблизиться к какому-нибудь предмету, которым можно в нее запустить, то немедленно умру.

Да, каждая выигранная секунда стоит дорого.

Она подошла к столу. Отсюда ей лучше был виден труп Агрунски и коробка.

— Почему вы раньше не захватили его, Камилла?

Она кашлянула, заморгала глазами и ответила:

— Просто потому, что мы не знали его секрета.

То, что он нам сказал после всего, могло иметь целью заставить нас действовать и помочь ему достать наркотики. Мы хотели получить от него все сведения полностью. Он умер, и тем хуже, но в том состоянии, до которого он дошел, эта потеря невелика. В остальном наши техники будут знать, что надо делать.

— Ну? Мы взлетим все, правда?

— Ты-то взлетишь, мой дорогой. Сейчас. Это точно... А об остальном можешь не беспокоиться.

Бесполезно взрывать планету. Но все это здорово повредит твоему государству, и они теперь будут действовать потише. У нас есть возможность заставить вас понять то, чего вы не хотели слушать.

Камилла, по-прежнему направляя на меня свое оружие, другой рукой небрежно перебирала вещи, лежащие на столе. Я заставил себя прямо смотреть на нее.

О том, чтобы умолять ее, уговаривать, не могло быть и речи. Это только доставит ей удовольствие.