Веселый Роджер – знамя вора

Не знаю, насколько это верно, но среди своих земляков он пользовался уважением. Зовут его Юсуф Ахмед.

– Ну и память! – восторженно протянул капитан первого ранга. – Вот уже двадцать лет прошло, а ты каждого курсанта по имени помнишь.

Контр-адмирал Васильев сдержанно кашлянул:

– Если бы так! Только тут совершенно другая история. Одно время мы похаживали к двум сестрицам. Я к младшенькой наведывался, а он за старшей увивался. Вот так и познакомились. Бывало, я выхожу из квартиры, а он в дверь стучится. Он меня даже ревновал.

Потом разобрались, стали по графику приходить, – пухлые губы контр-адмирала дрогнули. Было понятно, что ему есть что вспомнить. – Хороший был парень. И где же он сейчас?

Вице-адмирал Головин лишь многозначительно хмыкнул:

– Интересный вопрос... Я этого Юсуфа Ахмеда тоже прекрасно помню, он ведь учился на нашем курсе. По национальности он и вправду сомалиец, из какого-то очень уважаемого и богатого клана. Его клан прибыл с юго-востока Африки, прошла целая сотня лет, прежде чем их там признали и они стали своими.

Их предкам приходилось воевать с местными племенами. У них с этим все очень серьезно, враждующие кланы могут быть непримиримыми даже за пределами родины. Вы же знаете, наше училище было очень гостеприимным, кто в нем только ни учился! И кубинцы, и немцы, и эфиопы! Кажется, более чем из сорока стран мира. Одних только сомалийцев бывало до несколько сотен человек. Помню, как-то между собой не поладили эфиопы и сомалийцы...

– Я это тоже помню, – высказался контр-адмирал Шестаков, – они всегда между собой чего-то там делили.

Эфиопы – христиане, а сомалийцы – мусульмане, вот и перерастали религиозные диспуты в откровенное мордобитие.

– Совершенно верно, – согласился вице-адмирал. – Я тогда учился на третьем курсе. А тут опять эфиопы с сомалийцами из-за чего-то сцепились. Пока мы размышляли, к кому следует примкнуть, вроде бы обе стороны наши союзники, в стороне от таких дел трудно остаться, – офицеры, сдерживая улыбки, понимающе закивали, – а кубинцы мгновенно сориентировались и взяли сторону эфиопов.

Утром на завтрак идти, а сомалийцев нет. В чем дело, непонятно. Дежурный офицер прибежал в общежитие, где они жили, и увидел их привязанными к кроватям, и у каждого во рту кляп торчит, чтобы не орал. Решили большую волну по этому поводу не поднимать, а потом, какой еще спрос может быть с кубинцев, ведь более близкой страны для нас в то время и не было. Дело потихонечку замяли, потом выяснили, что зачинщиками оказались сомалийцы.