Слушаю, Вик.
– Не здесь. Поехали, я покажу тебе кое-что. А потом, если еще захочешь, побеседуем."
"Он поднимается, протягивает руку, а потом ведет Веру к машине и молча выруливает на дорогу.
Часть IV
Глава 28
Отчеты непотопляемого пирата. Запись 14
Я подрываюсь на кровати. Темно. Сердце колотится, по ощущениям всю грудную клетку занимает, распирает изнутри, на лбу что-то липкое, холодное. Размазываю, а не вытираю пот, пальцы дрожат, а кожа под шрамами горит. Тут же пихаю руку под кофту, провожу по своей груди, животу – на месте мое проклятье, дьявольские уродские метки, шрамы и рытвины, тут все, при мне, родимые.
Всего лишь плохой сон. Я облегченно выдыхаю, но сердце продолжает бахать в висках, ушах. Закрываю лицо ладонями. Жарко, кажется, я балансирую на грани между Фоновой и Прорывной.
Надо удержаться.
Пытка огнем – одна из самых действенных, боль доставляет адскую, но при умелом дозировании к смерти не приводит. Наслаждаться можно неделями, сжигать сантиметр за сантиметром, требуя признаний. По кончикам нервных окончаний выжигать четкий ассоциативный ряд, чтобы не смел даже думать когда-нибудь еще прикоснуться к женщине, получить удовольствие от ее касания.
Воспитывали меня. Наказывали за совершенное.
Во что бы то ни стало надо удержаться. Не хочу снова заедать боль таблетками, не сейчас. Влюбился я, нельзя жить прошлым, когда только замаячила сексапильными ножками и круглой попкой возможность будущего.
– Вер, проснись, пожалуйста, открой глаза, – осторожно трясу ее за плечо, бужу.
Мне опять снилось, что с Верой обнимаюсь – прижимал к себе, гладил.
Раздетые были, счастливые. А потом шрамы исчезли с моей кожи и проявились на Вериной, потому что повел себя неосторожно, позволил коснуться ее чистого тела своим отвратительным, заразил душу, передал проклятье…
– А? Что случилось? – Она садится, хватается за телефон. На часах половина четвертого. – Милый, ты как? Тебе больно? – В голосе лишь тревога, ни капли усталости, будто Вера и не спала крепко минуту назад.
– Что-нибудь скажи.
Хоть что-нибудь, неважно. Чтобы отвлечь. Надо попробовать удержаться. – Я тру глаза, концентрируясь на ощущениях.
Вы же помните, где лежат мои таблетки? Найдете вперед меня при необходимости, все уши ими прожужжал.
Вера включается мгновенно. Придвигается ближе, светит в сторону фонариком на телефоне, глаза широко раскрыты, но смотрит, кажется, небрезгливо.
– У меня три раза была пневмония. В пятом классе. А сколько всего, я говорить не буду, стыдно признаться.
