У нас самолет скоро.
– Улетел уже.
– Трындец. Вер, где телефон, мать его? – повышает голос Вик, выбираясь из-под одеяла, встает. Затем садится, давит на виски, давая себе передохнуть. Смягчается. – Прости, родная, что срываюсь на тебе. Неадекват. Не хотел грубить. Принеси, пожалуйста, гребаный мобильный.
Она кивает, направляется на поиски телефона. Встречается в коридоре с Платоном Игоревичем, чувствующим себя здесь как дома. Вероятно, нередкий гость. Но едва Вера заходит, дверь позади закрывается и Артём начинает кричать.
Негромко и сквозь зубы, как умеет только он:
– Что вы сделали? Это ты сделала с ним? Я же говорил, что ему нельзя. Ты хоть представляешь, как тяжело обходятся эти откаты в траханое прошлое?!
– Я? – ахает Вера.
Видеть Артёма страшно, еще и такого агрессивного. Не зажили многочисленные засосы на шее, плечах и груди, синяки на руках. Воспоминания о медвежьей силище, скалой навалившейся на нее, рождают очередной приступ паники, но Вера чувствует себя дома, а значит, увереннее.
Она не бежит, вместо этого шагает вперед и прищуривается:
– А может, это ты решил добить брата? Ты ведь один из немногих знаешь о его слабостях, вот и решил воспользоваться. Лицом к лицу слабо встретиться? Какая же ты сволочь! Клянусь, когда Вик придет в себя, я не буду даже пытаться за тебя заступиться! Как ты вообще посмел явиться сюда как ни в чем не бывало?!
– Он мой брат, а ты кто такая? Он из-за тебя рискнул и снова на транках? Ты стоишь этого, сама-то как думаешь?
– Что здесь происходит? – Полина Сергеевна вскакивает со стула и встает между ними.
– Вы что несете оба?!
– Вера, Тёма здесь ни при чем. – Арина берет Веру за руку, ободряюще кивает. – Мы втроем, с ним и Марком, кофе пили, когда мама позвонила. Но что случилось-то?
– Вера нам сейчас все подробно расскажет, – медленно произносит Полина Сергеевна, оглядывая невестку с ног до головы. Оценивая с какой-то новой, известной только ей точки зрения.
Хорошо, что Вера натянула шорты. Врача она так и вовсе встретила в одной футболке и трусах: боялась отойти от Белова, оставить даже на минуту.
В квартире резко становится жарко и тесно, хочется встать ближе к сплиту, хотя бы сунуть под него голову. Вик попал в беду, но, кажется, на Верин зов о помощи прибыли новые враги.
Рассказывать о проблемах больше не хочется. Присутствующие давят, любое слово рискует прозвучать оправданием.
– Мама, я в курсе об этой сладкой парочке твикс, всё в порядке. Этот вопрос мы закрыли.
