– Все будет хорошо. Ничего не бойся. Я обо всем позабочусь.
– Если бы я не была беременна, я бы осталась и ты бы ни за что меня не отослал. Понятно?
Белов кивает.
– Точно понятно?.. Вик, а ты рад? Или не очень? Я должна знать."
"– Очень рад. – Он целует Веру в висок, снова прижимает к себе. – Ты сейчас будешь послушной девочкой и поедешь в свою деревню, посидишь там и подождешь меня. Не будешь нервничать и переживать. Я неубиваемый. Даже огонь не берет, сколько ни жгли, по хрену. Что со мной только не случалось: и кости ломались, и на льдине плавал, и в башке каша была полная… Штырило от всего подряд.
Обвинение – позор на всю жизнь, как клеймо на лбу. Всё по хрену. А теперь жизнь расщедрилась и вручила мне бонус. Тебя. И уж поверь, я его не упущу. Все будет хорошо, но мне нужно, чтобы ты была в безопасности. И ты должна помочь мне с этим.
Глава 42
Отчеты непотопляемого пирата. Запись 22
До чего же противно-обыкновенный вид из моего окна. Двор с небольшой детской площадкой и куча припаркованных, кто во что горазд, по обочинам дороги автомобилей.
Я машинально нахожу среди них свой, размышляю, что стоило бы заехать на мойку: на черной краске пыль особенно заметна, да и раздражают разводы по лобовому стеклу. Солнце такое яркое сегодня. А ведь обещали дождь. Ладно, хозяин квартиры, пялящийся в окно так, словно разглядел вдали Альпы, выдает себя с потрохами. Но атмосфера вокруг натянутая. Звенит. Поверьте мне на слово.
Вера от души хлопает дверками шкафов, с остервенением швыряет вещи в чемодан, ходит туда-сюда, старательно топая, бросает на меня убийственные обиженные взгляды.
Еще немного, и я припомню несанкционированную татуировку, – додумалась же – зажму девицу в углу и хорошенько отшлепаю. И по неодобрительным взглядам Александра Павловича на вызывающе ведущую себя дочь понимаю, что он не станет мешать мне в этом темном деле.
Верин отец, спрятав руки в карманах брюк, прогуливается по квартире с таким видом, будто впервые в Лувре: вокруг все новое, интересное, стоящее внимания.
«Тихо, Вера, ты что себя так ведешь», – негромко, укоризненно цыкает он в сторону дочери, когда та в очередной раз дернулась на мою реплику о предстоящем походе в ЗАГС, рявкнув, чтобы я пошел куда подальше со своими блестящими идеями. Гормоны уже шалят?
Кажется, Александр Павлович не ожидал, что придется защищать именно плохого парня от наивной беспомощной девицы, а не наоборот.
