Иногда кажется, что мама живет в другой реальности. Она, конечно, мудрая женщина, которая смогла на протяжении тридцати лет удерживать мужчину рядом, в отличие от Веры, но уж очень сомнительными кажутся методы.
Белов хмурится.
– Извини, – говорит Вера. – Мама многого не знает, но когда-нибудь даже она сможет смириться.
– Мне плевать.
– Надеюсь, так и есть.
– Значит, говоришь, с друзьями ездила? – усмехается он, подмигивая.
Вера тоже улыбается, понимая, что на данный момент Вик и есть ее лучший друг, человек, которому можно доверить все секреты.
Мимо проносится блестящий витринами ненужных сейчас магазинов город; пешеходы, обходя лужи, толпами перебегают дорогу, хмурятся и будто не знают, что совсем недалеко есть Сочи, где люди ходят, а не бегают. И где Вера запросто отдалась мужчине в образе одинокого раненого пирата, предупреждающего всем видом исколотого и обожженного тела, что от него стоит держаться подальше.
Вера не следит за дорогой, ей все равно, куда он везет ее, лишь бы поездка не заканчивалась.
– Слушай, я так устал. Давай сейчас секс, а утром цветы, м? Нет сил ездить их искать. Вымотался.
– Да ну тебя, я ж пошутила.
Вик берет ее руку, сжимает.
– А я нет. Насчет тебя и меня, а?
Его кожа намного темнее и грубее ее, Вера только сейчас заметила. На его руке написано мелко, чтобы прочитать, надо приглядеться: I don’t wanna Die, Black Dahlia, The Loss.
– К тебе не поеду.
– Почему это?
– Догадайся сам.
– Ни одной идеи.
– Чтобы ты вновь меня прогнал, если что-то не понравится? Нет уж, Белов, я тебе не бедная родственница, чтобы творить что захочешь.
– Никто тебя не выгонял. – Вик выглядит растерянным. – Опять что-то себе навыдумывала?
– Я не мнительная, иногда даже слишком. Закрываю глаза в тех моментах, где следовало бы закатить скандал. Не поеду к тебе, и всё. Вези меня домой.
– Слушаюсь, мэм, – смеется он. – Еще распоряжения будут?
– Будут. Хватит так нагло улыбаться, понятия не имею, что у тебя на уме. Включи лучше музыку.
Минут через сорок Вик паркует машину напротив ее подъезда.
– Я поднимусь на чай, да же? Вера, завтра цветы, конфеты – все это завтра. Все что захочешь.
– В кино хочу."
"Она отстегивает ремень, тянется и целует Вика в уголок губ. Вера точно знает, что ему это нравится. Белов ужасно колется, щетина светлая, не слишком густая, еще немного, и станет мягкой. Хочется запустить ладонь в его волосы, но она не решается. С Виком очень сложно, но справится ли она без него?
– В кино поедем.
