Например, вдруг появляется множество «не». Без шуток, частица «не» – бесспорный спутник всех отношений, она как нежданный бонус, который закидывают сверху в коробку с бесплатным регулярным сексом и задушевными разговорами в минуты уныния. Отныне ты теперь:
не просто ходишь, а передвигаешь ногами и улыбаешься сам себе, как полный идиот, вспомнив вдруг что-то ваше общее;
не заглатываешь еду кусками в перерыве между работой и срочной работой, а наслаждаешься вкусом пищи;
не вливаешь в себя кофе, чтобы продержаться еще пару предутренних часов бодрым, а вдыхаешь его тягучий аромат и вспоминаешь о том, какая она смешная, когда читает очередной триллер Кинга.
Волнуется, переживает за героев, боится переворачивать страницу.
В конце концов, не просто выполняешь привычные действия день за днем, а разбиваешь их на тысячу мелочей и зачем-то придаешь каждой значение.
Вы, должно быть, считаете, что я в принципе способен думать только сексе, судя по моим предыдущим отчетам, но это не так, уверяю. Я вообще бы хотел забыть о траханье, оно ведь как незнакомое море, карты которого давно сожжены.
Бурное такое, заманчивое, да вот чужое, не принимающее никак. Выталкивающее на берег, реши я расслабиться и поплавать в удовольствие. Не мое.
Вот работа – это мое. Тружусь сутками над отелем на Яблоневой, лично занимаюсь закупками всех материалов, вплоть до гвоздей и скотча, обсуждаю сроки с клиентом и подрядчиками. Ремонт, первый, грязный этап которого можно назвать той же стройкой, но представьте себе, Марат Эльдарович ни разу не был ни в одном строительном магазине, не знает, как зовут прораба и рабочих, какую технику используют для отделки его отеля.
Это огромная ответственность, которая давит, нередко провоцирует появление страха, что не справлюсь, и тогда больше подобных проектов и, собственно, денег мне не видать. Сотни раз перепроверяю свои схемы, расчеты, чеки. Но пока вроде бы дела идут неплохо, работа кипит, материалы привозят практически вовремя. Я стараюсь.
Стою в лифте бизнес-центра, где располагается офис «Континента», смотрю на свое отражение в зеркале.
Я только из парикмахерской, где мне наголо побрили треть головы слева, открывая гладкую ровную кожу, справа оставили длину сантиметров семь. Я вообще не упускаю случая продемонстрировать места, где моя кожа не уродлива. Периодически брею голову полностью или частично."
"В углу напротив жмется к стене румяная, разодетая вся из себя барышня, высокомерно, с отвращением поглядывает на мои руки.
