Весеннее обострение

То есть на Саффу, которая одновременно плакала и выкрикивала странные вещи:

— Да давай, придуши меня, отомсти за поруганные чувства! Бедный несчастный мальчик! Приворожили его! Дурак! Такой же дурак, как и все остальные! Каким образом я, по-твоему, могу приворожить мага так, чтобы он сам этого не заметил? Почему вы все считаете, что во мне какая-то сила необычайная скрыта? И советники эти ваши, безмозглые идиоты! Всполошились — иномирка, кто знает, чего от нее ожидать! И Мерлин, трус несчастный, отрицать не стал, что приворожила я его.

— Не может быть! — вырвалось у меня.

— Конечно, не может! Я же такая коварная! Я же только и мечтаю, как бы кого-нибудь приворожить! У меня больше интересов никаких и быть не может, только привораживать направо и налево! И вот еще артефакты всякие коллекционировать! Ненавижу вас всех! Лучше бы Совет меня к смерти приговорил! И тебя ненавижу! Скотина, ты, Эрраде! Тупой осел!

Она еще много чего в мой адрес говорила и швырялась всем, что под руку попадется.

В основном подушками, которых на диване много было. Парочку я поймал, остальные мимо пролетели, а одна мне в лицо угодила. Подействовало бодряще. Я вышел из ступора и шагнул к этой истерирующей вороне.

Не знаю, о чем она подумала, когда увидела, что я к ней направляюсь. Глаза у нее были такие, как будто она ожидала, что я ее ударю. За кого она меня принимает? А я за кого ее принимаю? Кажется, пришло время это выяснить.

И я ударил оглушающим.

Все это было бы смешно, когда бы не было так грустно.

Устроили балаган из смерти Терина.

Стою в растерянности. На Кира смотрю. А тот на меня внимания даже не обращает — уставился на Саффу, как на врага государства. Меня, конечно, несколько утешает то, что он не любовным взглядом ее сверлит, но вот отсутствие его внимания ко мне после того, что он сделал, как-то раздражает.

Поганец! Мне! Нож! К горлу! Я не спорю — это было оправданно в данной ситуации. Я не ожидала, что моя скромная подружка Саффа может так развоеваться.

Молнии она, видите ли, разбросала направо и налево. Зоргов жестоко уничтожила. Это для нее — они твари злобные, а для Кира — бойцы, за которых он отвечает, которых он знает и уважает. В общем-то, понятно, отчего он озверел.

Но если мы переживем это все, и еще кучу разных если, я ему, все же, разъясню пагубность его поведения. В дусином стиле разъясню, наверное.

— Я, Саффа, Озерная Ведьма, дочь Темной Аланы, клянусь не использовать магию.