Весеннее обострение

Но сейчас-то, когда родной сын тут кровью истекает у меня, конечно же, все получится!

А вот фиг там! Некромантка ты хренова, Дуся, и руки у тебя не из того места растут! Ничего у меня не получилось. И тапок этот, такой же тормоз как его первый хозяин, что б ему пусто было! Я отшвырнула свой магический предмет, как будто это его вина была в том, что у меня не получилось. Тут Терин меня попытался от Лина отодвинуть. Я пихнула его локтем куда попало, и в полной истерике крикнула:

— Ему же плохо, сделай что-нибудь!

— Я только кровь смогу остановить, — напомнил Терин, — нужен светлый маг.

Холодный тон остановил мою истерику на излете. Я посмотрела на Лина, который непонятно, жив ли, потом на Терина, на морду эту его невозмутимую, и такое зло меня взяло. Но я свои эмоции пока куда подальше засунула и переместилась к деду. Дед был пьян. Как свинья. Но от отрезвляющего заклинания отбился не хуже трезвого. Поняв, что от деда сейчас ничего не добьешься, я напрягла память. Кто еще у нас светлый и достаточно сильный маг? Саффа? Вот что-то я не припомню, светлая она или нет? Словесница вроде бы, среди них некроманты редкость.

Я телепортировалась в Зулкибарский дворец. На мои вопли сбежались все, кто только мог. В том числе и Саффа. Глянула я на нее и выругалась. Она же темная. И как я могла с перепугу об этом забыть? Сама же, помню, удивлялась, что вот, мол, словесница и темная.

— Есть у вас тут еще маги? — набросилась я на Саффу.

— Я Вам по каким-то причинам не подхожу? — обиделась девчонка.

— Дура! Ты темная! Лин ранен, его лечить надо! Срочно!

То ли я так впечатляюще орала, то ли еще что, только Саффа как-то взбледнула, хотя куда бледнее с ее-то бледной физиономией. Она исчезла буквально на минуту, потом снова появилась под руку с каким-то парнем.

— Вот, он имеет опыт лечения ран, — поведала Саффа.

— Что происходит? Что за столпотворение? — расталкивая челядь и любопытных придворных, к нам подошел Вальдор, — Дуся? Ты что здесь…

Я не стала дальше слушать, просто схватила его и этого светлого мага и переместилась в Эрраде.

Лин уже лежал на кушетке. Без сознания, но живой. Рана была страшная, но теперь из нее хоть кровь не текла. Видок у Лина — краше в гроб кладут. И Терин, морда эта хладнокровная рядом стоял. Стоял, и ничего не делал! Окинул нас взглядом, кивнул магу молодому и отошел.