— Но она уверена в этом! Ох, дорогой, может будешь так добр и поможешь мне? Ты знаешь, в округе говорят, что ты словно покойный Тенгель Добрый. Колдун, живший два столетия тому назад. У него тоже были излечивающие руки.
— Тенгель Добрый знал больше меня, он был настоящим доктором. Я же — ничто.
Однако раньше он действительно налагал свои руки на больных. Только в одной семье в Словении. И весьма редко поступал так позднее. Не хотел, чтобы о нем распространялись ложные слухи.
Но сейчас, по всей видимости, их уже распустили.
"
"— Ну, хорошо, — решительно произнес он. — Я попытаюсь, но, если у меня ничего не выйдет, то сослужи мне одну службу! Рассказывай всем в округе, что я не обладаю свойством делать чудеса!
Женщина энергично кивнула головой, но в ее глазах Хейке смог прочесть, что она слепо верит в него.
— Ты можешь подождать, Винга?
— Конечно. Пастор ведь не знает, что мы собираемся к нему.
Хейке пригласил женщину в небольшую комнату. Оставались они там долго.
Когда он вернулся, и женщина, поблагодарив, ушла, пообещав принести в уплату яиц на следующий день, Хейке сказал Винге:
— Рак. Расползся по всем лимфатическим железам. Излечить такое не в моих силах! Бедная женщина!
Но Винга посмотрела на него взглядом полным веры.
— Ты накладывал руки на все пораженные места?
— На все, которые смог обнаружить. Конечно, она немного стыдилась, я тоже, но она посчитала, что мои руки должны прикоснуться ко всему.
— Ты поступил правильно, — сказала Винга, когда они выходили из дома.
— Милый мой дружок, — беспокойно произнес Хейке. — В этом платье ты выглядишь моложе, чем когда-либо. Пастор объявит о похищении ребенка!
— Он точно знает сколько мне лет.
— Да, но у меня у самого возникают сомнения. Взять тебя в жены и уложить в собственную постель! Против этого восстает моя совесть!
— Ох, замолчи, наконец! — резко воскликнула Винга, и они двинулись по короткой дороге через лесок.
Хейке улыбался, но в то же время был задумчив.
На что они решились, куда идут? Неужели Винга стала такой зрелой, какой он представлял себе и какой она сама себя представляла? Ее красивые светлые волосы были перевязаны шелковой лентой, а платье было такого детского покроя, что она выглядела девочкой, идущей в первый раз в школу. И все это завершал чистый невинный профиль.
Он перевел взгляд на тропинку и снова был поражен красотой этого перелеска.
