Но Хейке не знал таких изысканных слов, он лишь наблюдал и отмечал происходящие изменения.
Импульсивная Винга открыла даже дверь и в свою спальню, что было весьма нескромно, ибо там они увидели разбросанное легкое нижнее белье — свидетельство небрежности хозяйки. Но она была очень занята, и у нее не хватало времени на поддержание порядка.
— Ох, — воскликнула она с легким смешком и захлопнула тяжелую дверь, выполненную в стиле барокко. — Да, в этой комнате живет какая-то сумасбродка, не будем называть ее имени.
Нильс только рассмеялся. Он уже был полностью очарован Вингой.
— Здесь эта личность может не соблюдать таких условностей!
— Ох, за такие слова ты мне нравишься! — заявила в восторге Винга и быстро обняла его.
— Не слушай ее, — резко сказал Хейке. — Такими выражениями она разбрасывается повсюду.
Нильс и Винга легко и весело рассмеялись, а Хейке впервые почувствовал приступ настоящей ревности.
Когда они спускались по лестнице, он попросил Нильса подождать его в карете. Он должен переговорить со своей подопечной.
— Но зачем ты гонишь моего гостя, — запротестовала Винга. — Он может подождать у камина, а мы пройдем в мою контору. Это библиотека, но я называю ее конторой, когда хочу произвести элегантное впечатление на кредиторов и понравиться им. Идем, Хейке! Нильс, он сейчас будет играть роль опекуна, понятно.
В библиотеке было темно. Хейке хотел зажечь свечу, но Винга посчитала это излишним. Темнота больше располагает к интимности!
Этого-то он и боялся.
Разговаривали они тихо, так, чтобы их голоса не были слышны снаружи. Наконец ему представилась возможность спросить ее о поврежденной руке.
— На меня напали, — пробормотала Винга, стоя с ним рядом. — Я была на кладбище, и на обратном пути меня в кустах подстерег неизвестный. Он был с ножом. Я ударила его коленкой и убежала, пока он валялся на горке.
Хейке сжал ее прохладную руку.
— Нет, пора что-то предпринимать.
— Да, — шепотом ответила она.
— Больше никуда не ходи! В четверг я приеду.
— Хейке, в одном их рецептов говорится что-то о крови козла. И курицы. Ее следует мешать с кровью девственницы. Хейке, я отказываюсь убивать для этого животных! Не пойду на это!
— Успокойся, — сказал он. — Все это я уже организовал. Не убивал козла, только немножко порезал его. Рана уже зажила.
— Прекрасно! А курица?
— С ней было еще проще."
"— Но от тебя требуется еще больше! Для другого колдовского зелья необходима голова черного кота.
