Весенний скандал

Постепенно его жар передался Дейзи, она загоралась от его терпеливых прикосновений. Задыхаясь, она прижималась к нему податливым телом. Он поцелуем заглушил ее хриплое дыхание, прошептав, что окна открыты и ей нужно сохранять тишину.

Его жаркие губы прошлись по ложбинке между грудей, поймали розовый пик и дразнили его, пока он не набух. Услышав ее сдавленный вздох, Мэтью улыбнулся и провел языком вокруг соска. Он играл с ней, пока она не зажала себе рот рукой.

Наконец Дейзи вырвалась и, зарывшись головой в подушку, застонала.

– Я не могу, – задыхаясь, прошептала она, – не могу молчать.

Тихо рассмеявшись, Мэтью поцеловал ее спину.

– Но я не намерен останавливаться, – пробормотал он, легонько шлепнув ее. – Подумай, что будет, если нас обнаружат...

– Мэтью, пожалуйста...

Он скользнул губами по ее телу, то целуя, то ласково покусывая. Иногда Дейзи ускользала и, как кошка цеплялась за одеяло. Всякий раз он утихомиривал ее, нашептывая ласковые слова и обещания. Когда она покрылась испариной, Мэтью устроился между ее дрожащих от напряжения бедер.

Все ее тело напряглось, когда Дейзи почувствовала, как его возбужденное копье проникает внутрь. Потом застонала, когда он нашел правильный ритм. Мэтью понял, что обрел его, когда ее колени взметнулись, инстинктивно прижимая его к себе.

– Да, держи меня... – прошептал он.

Снова и снова он приподнимался и погружался в нее, пока не почувствовал, как яростно пульсируют внутренние мышцы, сомкнувшись вокруг его мужского естества. Никогда он не переживал такого экстаза, как сейчас, все глубже и глубже проникая в нее, когда она беспомощно дернулась ему навстречу.

Он следовал за каждым ее движением, даря неслыханное наслаждение.

Дейзи снова зажала рот рукой, глаза ее расширились. Схватив ее запястье, Мэтью отвел руку и, открыв ей рот своими губами, скользнул внутрь языком. Безудержные спазмы довели его до финала. Тихий стон вырвался у него из груди, конвульсии сотрясали тело.

Когда Мэтью немного успокоился, на него навалилась вялость и сонливость, каких он в жизни не испытывал.

Только мысль о том, что он раздавит Дейзи, заставила его откатиться в сторону. Издав недовольный звук, она потянулась к нему в поисках тепла. Обняв ее, он ухитрился прикрыться скомканным одеялом.

Искушение заснуть было неодолимым, но Мэтью не мог себе этого позволить. Он не был уверен, что проснется до-того, как служанка войдет утром зажечь огонь в камине. Он был слишком пресыщен, Дейзи калачиком свернулась рядом.