Весенний скандал

Понимая, что все глаза обращены на него, Мэтью старался сохранить невозмутимый вид.

Дейзи первая из всех шевельнулась. Схватив с колен Мэтью наручники, она пошла к двери, у которой столпились любопытные слуги. О чем-то с ними пошептавшись, она вернулась и села в кресло рядом с Мэтью.

– Подумать только, а я решила, что сегодня будет скучный вечер, – сухо сказала Лилиан, сев рядом с Мэтью с другой стороны.

– Тебя так зовут? – мягко спросила Дейзи. – Мэтью Фэлан?

Мэтью не ответил. Все мышцы в его теле сопротивлялись звукам.

– Да, – взвизгнул Уэнделл Уэринг.

Он относился к тем беднягам, чей высокий голос совершенно не соответствовал крупной фигуре. Если не считать этой досадной черты, Уэринг обладал внушительными манерами и внешностью. У него были густые седые волосы, пышные бакенбарды и окладистая белая борода. От него за версту веяло бостонской консервативностью. Старомодный сюртук, хоть и дорогой, сильно поношен. Но такой уверенностью в себе мог похвастаться только человек, в семье которого несколько поколений окончили Гарвард.

Его глаза походили на твердый полированный кварц.

Шагнув к Уэстклифу, Уэринг тряс перед ним бумагами.

– Вот доказательства моих полномочий, – злобно сказал он. – Вот копия дипломатического запроса на предварительный арест из США, Копия приказа британского министра иностранных дел сэра Джеймса Грэма главе уголовного полицейского суда на арест Мэтью Фэлана по прозвищу Мэтью Свифт. Копии свидетельств, данных под присягой...

– Мистер Уэринг, – сказал Уэстклиф со спокойствием, которое ничуть не уменьшало грозы в его голосе.

– Вы можете с головой завалить меня копиями чего угодно, начиная от ордера на арест и заканчивая Библией Гуттенберга, но я не выдам этого человека.

– У вас нет выбора. Он осужденный преступник и будет экстрадирован в США, несмотря на любые возражения.

– Нет выбора? – Глаза Уэстклифа расширились, кровь бросилась в лицо. – Ей-богу, мое терпение редко испытывали до таких пределов, как сейчас! Эти владения принадлежат моей семье больше пяти веков, на этой земле, в этом доме я – власть.

А теперь изложите мне в самой почтительной манере, на которую вы способны, в чем заключаются ваши претензии к этому человеку.

Маркус, лорд Уэстклиф, в гневе производил внушительное впечатление. Мэтью сомневался, что Уэнделл Уэринг, который дружил с президентами и влиятельными людьми, встречался с таким властным человеком. Констебли неуверенно переводили взгляд с одного на другого.