– Васспард не самое счастливое место, чтобы сюда тянуло вернуться после смерти, к тому же умирали мы по большей части не здесь.
– Погоди… – разбираться не хотелось ужасно, но Валентин раз за разом возвращался к семейным бедам, и Арно заставил себя напрячь мозги. – Никак не пойму, чем вы так уж мешали.
– А мы и не мешали. Манрика занимало исключительно наше состояние, вот он и не дал отцу времени для устройства семейных дел. Альт-Вельдер, при всей своей преданности Олларам и уважении со стороны марагов, был не слишком сильным союзником, но обручись я с одной из сестер виконта Мевена, который в свою очередь успел бы сочетаться браком с племянницей Сильвестра, и положение бы существенно изменилось.
Если не для отца, то для охотников за его имуществом.
– Если Манрики хотели Васспард…
– Поместье их занимало в последнюю очередь.
– Неважно. Если они хотели вас обобрать для себя, зачем бы они стали это делать для других?
– Отец именно на это и ставил, но он никогда не складывал все яйца в одну корзину.
После смерти Юстиниана они с мэтром Инголсом очень удачно разыграли ссору. Отец исходил из того, что Сильвестр станет действовать как обычно, то есть будет следствие, а затем – суд. Зная Манрика, можно было не сомневаться, что нашу защиту поручат обиженному мэтру.
– Этот умник разнес бы все, что наворотило обвинение!"
"– Возможно, но опровергать пришлось бы и правду. При желании нашей фамилии могли предъявить многое, ведь королевское прощение за участие в алисианских заговорах так даровано и не было.
– Ты про все это знал уже тогда?!
– К сожалению, нет. С Инголсом мы объяснились уже в Старой Придде. Я спросил, не он ли принес матери яд. Мэтр мог не отвечать, но он ответил.
– Создатель!..
– Я бы предпочел клячу. Когда ты поминаешь Создателя, мне становится тревожно. Матери обещали присутствие на моем допросе с пристрастием и дали сутки на раздумье. Ей стало дурно, потом она попросила законника и духовника. Вечером нас допрашивали снова, вечером мать уже была спокойна… Больше мы не виделись; мысль о яде пришла мне уже на свободе.
Как оказалось, я угадал.
– Вот и молодец, а теперь забудь! И вообще я боюсь, вот прямо сейчас боюсь. Ключи у церкви-то есть? И в ней что, только одна дверь?
– Призраки, как ты, вероятно, помнишь по Лаик, отлично проходят сквозь стены, а дверей здесь три. Не считая потайного люка в подвал.
– Вот видишь!
– Что именно?
– Что сюда можно залезть. Я бы залез.
– Вряд ли, ведь тебе здесь не нравится.
