Ветер и вечность. Том 1. Предвещает погоню

– Валентин, – окликнул Арно тоже не шибко бодрого приятеля, – ты не знаешь, с чего это мы так гнали?

– Нет, – незамедлительно откликнулся Спрут, – я думал, это знаешь ты, и заранее с тобой согласился.

– Ты не имел права, – попытался попасть в тон Савиньяк. – Я – какой-то там капитан, а ты – бригадир. Должен был выяснить причину и сменить аллюр.

– Зачем? Лошадей мы не загоняли, а постоялые дворы лично меня уже раздражают. Который день хочу спросить, откуда взялся «какой-то там капитан»? Раньше ты его не упоминал.

– А я что, часто это брякаю?

– Достаточно, чтобы мне стало любопытно.

– Ну, – Арно обернулся на красноречиво клюющего в седле носом Клауса и понизил голос: – Гизелла – вот ведь имечко, запретить его, что ли? – взъелась на Иоланту.

– Говорил! Это надо было видеть, то есть как раз не надо… Я сказал, что если девице Манрик в Старой Придде не будет житья, ты как родич заберешь ее в Акону, ну а Гизелла заявила, что и хорошо! Дескать, тут Иоланта выйдет за какого-то там капитана.

– Обиделся или только решил?

– Сам не знаю… Пожалуй, обиделся, но не за себя, а за Сэль с Мелхен, эта злюка заодно и их лягнула. Сэль, видите ли, любовница Ли, а Мелхен – трактирщица. Как тебе?

– Вопрос о том, откуда некоторые дамы берут свой бред – один из самых интригующих и совершенно неразрешимых вопросов мироздания. Полагаю, ты в ответ огрызнулся?

– Я пообещал прикончить Дурзье, а дальше явился Рудольф, да ты же все знаешь!

– Не все.

– Це-ле-на-прав-лен-но, я надеюсь?

– Кон-ди-ци-ён-но. – Придд слегка шевельнул поводом, и Соберано свернул. Места были знакомые, даже слишком.

– За поворотом «Хромой полковник», – напомнил Арно, – может, поужинаем? Хотя Клаус…

– Да, пожалуй, к ужину в обществе загулявших бергеров он пока не готов. Ты не заметил, что подал просто замечательную мысль?

– Заметил, но это мысль Рокэ, причем не новая.

– Полагаю, выбор у нас будет, но ты вспомнил о Селине и Мелхен. Думаю, у них нам будет удобнее, чем в казармах или резиденции регента. Признаться, я бы предпочел до встречи с Монсеньором или хотя бы Райнштайнером круг наших встреч предельно ограничить.

– Ну так давай ограничим! Заодно и поедим, у Мелхен что-нибудь да найдется.