Ветер с севера

Почти сразу после приезда Катерина попала в оборот к Епифановой. Та наконец вытрясла из Кузьминой все подробности изменений в её личной жизни.

Катя сама себе удивилась, как ей удалось продержаться столько месяцев, не поделившись с подругой. Видимо всё, что с ней происходило, казалось практически нереальным. Даже когда стало вполне себе осязаемым.

Ленка, пока Катя рассказывала всё по порядку начиная с летнего визита в Североморск, охала, ахала, присвистывала, качала головой, вздыхала и произносила что-то вроде: "Ну, ты даёшь!", "Чо, правда?" и "Ну ничего себе!".

— Кузьмина… Ё-моё, слов нет! И ты мне ни разу ничего не рассказала! Ну, блин, белорусский партизан. Verdammte Hexe! (Чёртова ведьма!) Хотя я тоже хороша! Мы так с Илюшкой сами закрутились! Вот… В октябре в крестные пойдёшь? — Ох! Ленка! Господи… — Кузьмина, ну и что ты охаешь, как маленькая. Я, конечно, не так планировала. Но мы сначала заявление подали. Так что не по залету. А то будут потом высчитывать. В Грибоедовском только на апрель.

Там вообще дурдом. Но красиииво! Лестница такая! — Я там была один раз. Когда мои женились. — Слушай, я всё время забываю, что Ольга Владимировна не твоя мама. — Да я и сама, если честно, забываю. — А со своей? Кать? Ты же ездила раньше. — Теперь не езжу. Она меня последние два года с днем рождения не поздравляла. — Почему?

Катя только плечами пожала. Она даже не хотела знать, почему её собственная мама о ней забыла. Казалось, что эта тема переболела. И в этом году она даже не вспомнила про Веру в свой день рождения.

Вопросы подруги сейчас ранили. Будто уже затянувшуюся рану снова расковыряли. Не будь в её жизни Лёли и Вадима, она может быть успевала бы тосковать. Но нет. Никаких подобных чувств не наблюдалось. Вера перестала быть для дочери важным человеком.

— М-да, странно. Всё-таки она твоя мама, — добрая Епифанова во всех всегда искала положительные стороны. — У меня есть мама. Я не сирота, — резковато ответила Кузьмина. — Конечно. У тебя вон сколько. И мелкие опять же.

И родители. — Так дед Вова говорит, "Запомни, Катюха, ты не сирота!" — Катя решила чуть смягчить. — Тот, который адмирал? — Да. Он за меня, знаешь, поотрывает все, что выступает за прочный корпус. — А Вадим? — Вадим… Лен, Вадим, наверное, просто убьёт. Он это называет "закатать под палубу". — Скучаешь? — Очень. Хотя мы почти всё время по видеосвязи общаемся. Когда он не на службе. Смотри, как у нас там красиво, — Катя показала фотографии квартиры.