Ветер с севера

Пришли из комнаты Кузьмины с Сонечкой. Катя с бабушкой накрывали на всех.

— Знаете, я бы вот этим бы и ограничился, — оглядывая всех произнёс Владимир Максимович, — Все, кого я хотел бы видеть в день рождения, уже тут. Остальных и начальство придётся уважить вечером. Только давайте мне поминки не устраивать. Продлят контракт — хорошо. Послужим ещё, сколько бог даст. А не продлят, я найду, чем заниматься. У меня вон, будущий моряк растёт какой. Глядишь, до правнуков доживу, — и выразительно глянул на Ветрова с Катей, которые уже не знали, как улизнуть из-за стола.

— Так, молодёжь, как старший по званию, приказываю сняться и отбыть из дома в известном только вам направлении, — распорядился один из дедовых друзей, — Давай, Вадим Андреевич, уведи уже внучку у Склодовского. Дочь за моего оболтуса он когда-то не отдал.

Под дружный хохот Катя с Вадимом собрались моментально. — Катя, шарф и перчатки, пожалуйста, возьми, — Вадим застегнул на ней молнию пальто до самого верха, — Мы к пристани сейчас.

— Вадюш, а почему ты в форме? Тебе на службу, да? — Катя уже была готова расплакаться.

Если сейчас окажется, что Ветров уходит в море, это будет очень больно. — У меня в доме было два адмирала. В форме. Один из них, на минуточку, начальник моей академии. Как думаешь, мог я одеться иначе? — улыбнулся Вадим, — Эти два дня я на сходе.* Точно. Ну, если только по тревоге не поднимут. Катя выдохнула. Вадим остановился. Снял перчатки. Взял её лицо в ладони. — Ты уже решила, что зря приехала? Что придётся меня в море провожать? Катя кивнула. Вадим стёр кончиками пальцев набежавшие слёзы. — Всё это будет, Катюш. Но точно не сегодня. У меня другие планы, — Ветров потянул ее за руку в сторону причалов.

У дальнего седьмого стоял "Разящий". Вахтенный матрос возле трапа вытянулся в струну. — Товарищ капитан третьего ранга… Вадим дослушал доклад. — Вольно. Сигнал не подавать. — Есть, — матрос посмотрел на командира с удивлением. Не подашь сейчас сигнал "три зелёных свистка" **, а командир по кубрикам пойдёт с проверкой или того хуже, по гальюнам.

Но тут уж не ослушаешься. То, что дальше происходило, было и вовсе неожиданным. Командир даже по трапу не пошёл.

— Катюша! Моя Екатерина Александровна! Помнишь, я говорил, что девушке командира всё можно? Катя снова кивнула. "Разящий" всегда вызывал в ней особое чувство. Мощь и красота в одном. А то, что это корабль Ветрова, делало его совсем особенным. — Так вот я не хочу, чтобы ты встречала корабль из похода, как девушка командира.