Она и так была уверена, что никогда уже не сможет забыть глаза человека, замученного ей почти до смерти."
"Села на переднее сидение, специально, чтобы держаться подальше от Айвона и Гладиса. По их лицам она видела, что находится рядом с ней они не хотят. Она и сама не хотела находится рядом с собой, но у нее выбора не было… Сидела, спрятав руки за спину — у нее было странное ощущение: словно руки испачканы кровью. Такое явное и острое чувство, что она почти ощущала ее металлический запах. И не отмыться уже…
Тот, кого Понтий назвал Дреддом довел их до двери и оставил.
Конечно, куда они денутся. Зверёныши, загнанные в угол. Во всем мире теперь нет им места…
Ната долго шла по длинному-длинному-длинному коридору, ноги ее едва держали. Навстречу вышел Умница, и Ната усмехнулась над комичностью ситуации: его старые ноги с расшатанными шарнирами так же шаркали и не сгибались, как сейчас ее.
— Ты была хорошей девочкой? — спросил он у Натали, мягко улыбаясь силиконовыми губами.
— Я была ужасной, страшной, отвратительной… — сказала Ната.
Думала, что сказала: губы шевелились беззвучно. Умница понял все по-своему.
— Вот и молодец, — ответил он.
Ната не стала поправлять, продолжила свой путь. Очень хотелось пить. Просто пить. Настоящей реальной воды. А потом умыться хорошенько, а руки намылить и потереть щеткой… Но Натали боялась, что и это не поможет.
В опустевшей столовой сидел Роланд, руки сжал в замок и положил перед собой, взгляд неотрывно следил за входом. Конечно, она мгновенно встретилась с ним глазами, как только переступила порог.
Интересно, давно он так сидит?
Ната молча пошла дальше. Взяла картонный стаканчик, налила воды из фильтра и долго жадно пила, словно пыталась загасить бушующее в груди пламя. Погасишь его, как же…
Она стояла спиной к Ройлу, но обострившиеся чувства подсказали ей, что он встал и тихо, медленно подходит сзади. Ната зажмурилась. Так крадется… Он все понял. Он идет, чтобы убить… И пусть, пусть…
Роланд положил ладони на ее плечи.
Ну, давай уже! Не тяни!
«Я знаю, ты сильный и быстрый… Я не стану сопротивляться…»
Он развернул ее осторожно и прижал к себе. Ната всхлипнула, отчаянно вцепившись в его обнимающие руки онемевшими от напряжения пальцами.
— Отпусти, отпусти меня! Ты не знаешь, не знаешь, — скороговоркой, бестолково и быстро заговорила она. — Я тьма! Меня уже не спасти! И лучше всего, прямо сейчас меня…
Она хотела сказать «убить», но смелости не хватило.
