— Чьими глазами я смотрю? — спросил он, понимая, что Ната лишь передает ему то, что у видела в сознании кого-то.
— Смотри, — вновь ответила она и ничего больше.
Роланд пошел вперед. Он бывал не на многих планетах, но эту не мог узнать. Хотя, признаться, было что-то в ее облике неуловимо знакомое.
Он дошел до обрыва и посмотрел вниз, на кипящую, пенную воду. Из нее поднимались, цепляясь за каменистый берег, тонкие алые ростки, похожие на нити, обвивали валуны прозрачной сеткой, кое-где распускались бахромой розовых соцветий.
Роланд никогда не видел раньше ничего подобного. Он прикоснулся пальцем к бутону, и тот вздрогнул, сворачиваясь в тугой комок.
Вода бурлила, но вовсе не от того, что встречала на своем пути пороги. От поверхности поднимался пар, и Роланд ощутил тепло, когда поднес ладонь: вода действительно кипела.
Он совсем не понимал, зачем Ната показывает ему эту планету и как она может быть связана со всей этой историей. Но вопросов больше не задавал — ждал.
Время вдруг сделало скачок, стремительно сгустились сумерки — наступила ночь.
Погода ясная и видны звезды, значит Роланд легко определит, где он находится сейчас, курс астронавигации всегда был одним из его любимых. Но чем дольше он смотрел, тем сильнее недоумевал: небо было знакомым. Это небо он изучил так хорошо, что мог, закрыв глаза, назвать все созвездия. И не удивительно, ведь он видел это небо каждую ночь. Правда, когда находился в Альтитуде, ведь на нижних уровнях едкая городская дымка затягивала звезды.
Небо Примариуса.
Как такое возможно?
Он поднялся на холм, осматриваясь, пытаясь понять. И вдруг дни с молниеносной быстротой начали сменять друг друга. Дни и ночи мелькали с огромной скоростью, словно кто-то неведомый щелкал, балуясь, огромным выключателем, погружая мир в темноту, и вновь зажигая солнце.
Роланд зажмурился, наблюдая мелькание теней из-под закрытых век. Но вот опять все застыло, заполненное ясным дневным светом.
— Смотри, — услышал он шепот Натали.
Небо прочертила серебристая тень, за ней еще одна, и еще.
Корабли Конфедерации. Когда один из них пролетел над самой головой, Ройл узнал его — старейшая модель из самых первых. Он видел прототип в музее Академии. Судя по виду, этот относится к тем далеким временам, когда человечество начало активно колонизировать планеты.
Несколько столетий прошло с этого дня и как может хоть кто-то помнить то, чем все начиналось.
Роланд только сейчас начал припоминать, но очень смутно, школьный курс истории.
