Но нельзя профессора спугнуть раньше времени, деликатно, наверное, надо… Вежливо…
Ройл сунул ей в руки переноску с Мордой, вырвал из рук Ашхисса ключ-карту, свернул ему руку за спину и наклонившись к вытянувшемуся лицу профессора, угрюмо сказал:
— Мы в номере поговорим.
Вежливый, что уж…
Рамиссианец хоть и был выше Роланда на полторы головы, но только покорно кивнул. А Ната подумала о том, какие все же нежные создания — работники умственного труда.
Ройл отпустил профессора, едва за ними закрылась дверь номера.
— Покажи ему руку, — обратился он к Нате.
Ашхисс узнал ее, кажется, только в этот момент.
— Кх-х-х, — просипел он, и Ната почему-то поняла, что он в замешательстве. — Тот с'мый м'леньк' гум'ноид… Чт' еще в'м н'до? Я ведь всссе сссделал?
Мимика жителя Рамисса отличалась, конечно, от человеческой, но Ната догадалась, что профессор виноватым себя совсем не чувствует. Скорее, наоборот, растерян…
— Что это за штука такая? Она меня не убьет?
Профессор взял с свою серую руку, оказавшуюся четырехпалой, теплой и шершавой на ощупь, ее ладонь, большим пальцем осторожно погладил запястье, где расплывалось сиреневое пятно.
Ройл застыл рядом, внимательно глядя, готовый оттащить Натали сразу, если это потребуется. Но Ашхисс не угрожал, не пытался причинить боль. Он внимательно разглядывал пятно.
— Н'деля, — сказал он, наконец.
— Что неделя? — не поняла Ната и вдруг испугалась, подумав, что профессор ответил на ее вопрос. — Убьет меня через неделю?
Ашхисс энергично кивнул несколько раз, и когда Натали уже готова была запаниковать, добавил:
— Н' убьет.
Н'деля!
Ната обернулась на Ройла, мол, хоть ты что-нибудь понимаешь? Но тот, судя по сведенным на переносице бровям, тоже мало что понимал.
— Зачем вы помогали этим людям, профессор? Вы — известный в свой области ученый. Не боитесь себя скомпрометировать? — начал он издалека. — Что за шпионские игры? Что за грязные эксперименты над подростками?
Профессор выпустил руку Натали и сведенными в щепоти пальцами прикоснулся ко лбу.
Замер. Это что, рамиссианское выражение стыда? Скорби? Или он таким образом сообщает: «Да пошел ты!» Сложно…
— Какой урожай созрел, профессор? Что это значит?
Ашхисс продолжал молчать, глядя перед собой.
— Ну, хорошо… Значит вы уже готовы к тому, что вашей репутации может быть нанесен непоправимый ущерб. Потому что я вам его обеспечу. Ваша лаборатория, дело всей вашей жизни, в чем бы оно не заключалось… Можете попрощаться.
— Х'рош'… - пробормотал Ашхисс.
