Викинг

Как позже выяснилось, отряд усиления, прибывший вчера, успел покушать и выпить, но «штатного расписания» на него еще не составили. Однако бравые парни лезли на стены вместе с «базовой» стражей…

Отчего неразбериха только увеличилась.

Мимо меня промчался мужик в помятом нагруднике.

— Ворота!!! — вопил он, срывая голос. — Закрывай ворота!!!

Размечтался, однако.

На пути у него оказался Ульфхам Треска. Во франкских тряпках и мятом бронзовом шлеме с личиной кота и дрянным щитом с уже знакомой дистрофичной курицей.

Датчанин открылся, и мужик в нагруднике с разбега врезался в скрытый лохмотьями, но куда более качественный доспех Ульфхама… И засипел, когда пальцы викинга стиснули его горло.

— Не шуми, — сказал ему Ульфхам Треска по-датски. И закрепил команду добрым ударом щита.

Трувор пихнул меня локтем.

— Башня — наша! — бросил он.

И мы рванулись вперед, расталкивая монастырских вояк.

Мы — это четверо варягов, Свартхёвди, Оспак Парус и я сам.

Вход в башню — узкая щель.

Теперь можно было не церемониться, поэтому когда на пути Трувора оказался менее проворный монастырский стражник, то жизненный путь бедняги тут же и закончился, а Трувор сходу ворвавшись в помещение на первом уровне, крикнул мне: «Выше!», и принялся рубать супротивников.

А я полез вверх по закручивающейся лестнице. За мной — остальные.

Ага! Следующий этаж. Промежуточная площадка с тремя бойницами, пятью бойцами и недетских размеров запасом стрел.

Трое из пяти глазели в щели, двое оглянулись… И отвернулись. Шлем на мне — франкский — дурацкое «пожарное ведро». Меч — в ножнах. Борода черная. Рож незнакомых в монастыре со вчерашнего дня — хоть отбавляй. А у ребят — дело. Они разогревали смолу. Макнешь в такую наконечник с обмоткой, подожжешь и — огонь. Само собой прицельная дальность падает и скорострельность. Зато — горит.

Я шмыгнул внутрь (мои друзья помчались дальше — на верхние уровни) и тут же зарезал двоих.

Сначала одного, потом второго. Даже и не пискнули. Хотя особой нужды в тишине не было. Снаружи стоял такой ор, что даже здесь, за толстыми стенами, было шумновато. Никаких угрызений совести я не испытал. Эти люди намеревались жечь огнем моих товарищей, а я их… совсем небольно зарезал.

Успокоив двоих, я извлек из ножен Вдоводел и двумя экономными ударами отправил в рай еще парочку. С третьим пришлось повозиться.