Викинг

 — Мой родич, Рыжий Лис, позвал меня… Он был нашим вождем… Я не знал тогда, каково это — быть викингом. Я ведь христианин…

Тут я как мог изобразил раскаяние и еще больший страх.

— Ты — христианин? — усомнился король.

И выдал мне историю моего разоблачения.

— Если ты — истинной веры, то почему ты не ходил в церковь?

— Я не мог, — проговорил я, потупившись. — Грехи мои велики, а если бы я покаялся, то выдал бы себя. — Тут я поднял глаза и воскликнул с поддельной искренностью:

— Ваше Величество! Я искал, непрестанно искал способ покинуть стан язычников, но жизнь, она дорога мне! Я — чужой здесь! Уйди я от норманов — и куда я пойду? Меня точно убили бы!

— И ты предпочитал убивать сам? — гневно произнес Карл.

— Только в бою, Ваше Величество! Клянусь Богом, только в бою! Мой меч не осквернился кровью ни одного служителя Господа! Некоторых мне даже удавалось спасти!

Легко и приятно говорить правду.

— Помолись! — потребовал король.

— Pater noster qui in celis es,

sanctificetur nomen tuum,

sicut in celo et in terra,

panem nostrum supersubstantialem da nobis hodie,

et dimitte nobis debita nostra,

sicut et nos dimittimus debitoribus nostris,

et ne nos inducas in temptationem,

Специально вызубрил — авось пригодится.

— Простите, Ваше Величество, но других молитв не ведаю — я воин, а не монах.

Поверил или нет? Похоже, поверил. Видно, актер из меня лучший, чем шпион.

— Как ты сумел принять личину моего беллаторе? — спросил Карл уже более спокойно.

— О! — Я оживился. — Когда я увидел его тело… Язычники раздели его донага и бросили… Я понял, как мы с ним похожи. Тогда я украл его доспехи…

— Как ты узнал, что это его доспехи? — с подозрением поинтересовался Карл.

— Я… — Черт возьми! Как же я это узнал?.. Есть!

— Мне пришлось снять их с него, — я вновь потупился. Правильный ход. Заодно объяснит мое замешательство. — Так мне было приказано. Только вот меча не нашел…

— Откуда ты узнал, кем он был? — Отличный вопрос.

— Мне сказал об этом Туссен… Мальчик, которого я назвал своим оруженосцем. Он был послушником в монастыре. И как-то видел Жофруа де Мота.

— Послушник разбирается в геральдике? — удивился король.

— Он хорошего рода. Но сирота. Его мать умерла, отца убили аквитанцы, а сосед — барон отнял его земли и отдал в монастырь. Так он мне рассказывал.